– Да?

– Да! Дело твое, но я, хоть и девочка, такое бы просто так не оставила.

– Тебе-то какая разница? – спросил Максим, глядя в сторону.

– Может, и никакой, – отрезала Надя. – А все-таки мне было неприятно слышать, как тебя унижают.

Максим посмотрел на нее и ничего не сказал. Он сидел с Надей за одной партой вот уже два года, и отношения у них сложились вполне приятельские. Она позволяла ему списывать домашние задания, подсказывала, когда он «плавал» у доски. На Надежду вообще можно было положиться. Она напоминала Максиму героинь русских сказок, какими он их представлял – спокойная, какая-то устойчивая, с огромными светлыми глазами и густыми волнами русых волос. Увы, ему нравилось другое! Яркая, смешливая Вика задевала его сердце, а надежная Надя – нет, хотя Максим и подозревал, что как человек Надежда, скорее всего, гораздо лучше своей подруги.

Сейчас Надя смотрела на него строго, непреклонным взглядом призывая ответить на нанесенное оскорбление.

– Знаешь, как было бы хорошо, если бы ты от меня отцепилась? – сказал Максим зло, и Надя отвернулась.

Разговор прервался.

Весь урок Максим просидел в тяжелых думах, благо, учительница русского языка этого не заметила и ни разу его не окликнула.

Подумать было о чем – как не крути, а выходило, что Жорику нужно было дать сдачи – иначе лица не сохранить ни перед собачевскими, ни перед Пелей – а ему ведь кто-то обязательно все расскажет, – ни перед Надей, чтоб ей пусто было, лезет не в свои дела…

Все бы ничего, Максиму, ясное дело, драться приходилось и раньше, но, говоря откровенно – расклад получался кислым. Максим вообще редко выходил из драк победителем: не будучи жестким, он никогда не нападал на мальчишек слабее себя, и потому дрался с теми, кто затрагивал его самого – то есть с ребятами более сильными. И вот ведь в чем штука – ни один из тех, с кем ему приходилось драться, не смог бы тягаться с Жориком. Даже те, кому Максим проиграл, были Жорика слабее. Выходило, что у Максима шансов победить Жорика не было. Ну просто ни малейших!

Пока шел урок, Максима от всех этих мыслей бросало в пот, но способа избежать драки он так и не нашел. Хуже всего было то, что отложить «душевную беседу» с Жориком «на потом» тоже не представлялось возможным – подобные вопросы в городке Шахтерский было принято решать незамедлительно. Вот и выходило, что дать сдачи Жорику нужно было сегодня – или на одной из ближайших перемен, или после уроков. Максим потрогал языком вспухшую губу и вздохнул – для того чтобы сделать очень больно, Жорику даже не надо будет бить в поврежденное место кулаком, достаточно просто зацепить в пылу драки. А еще Жорик любит добивать лежащего противника, избивать его ногами. Козел! М-да…

Следующим уроком была география, и весь класс перешел в соседний кабинет. Собрав остатки мужества, Максим проскочил в кабинет одним из первых, поставил свой дипломат на стул, и, подойдя к учительскому столу, стал ждать Жорика. Войдя в класс, Жорик не мог не пройти мимо Максима, и вот тогда нужно было начать. Иначе, как не крути, не получалось. Если позвать Жорика на улицу за котельную, то есть туда, где обычно и дрались школьники – Жорик успеет внутренне подготовиться к драке, Максим же наоборот окончательно испугается и не сумеет нанести ни одного удара.

Жорик вошел в класс последним – с высоко поднятой головой, сверкая белоснежной рубашкой и новеньким дипломатом.

– Жорик, – тихо окликнул его Максим.

– Что? – не замедляя шага, осведомился Жорик, бросив на Максима насмешливый взгляд.

– Сдача! – выкрикнул Максим и что есть силы ударил Жорика по лицу.

Голова Жорика откинулась, но он не упал, а лишь сделал шаг назад. Затем спокойно поставил дипломат на пол и кинулся на Максима. Силы были не равны, и Жорик вмиг прижал Максима к старой классной доске. Максим, чье мужество ушло в один единственный удар, наклонил голову, закрыл голову и бока руками – так делают боксеры, уходя в глухую оборону. Активно драться он был уже не в состоянии.

Жорик нанес Максиму несколько ударов, но все они пришлись по сжатым кулакам и острым локтям последнего, а значит – особенного урона нанести не могли. К тому же, последним ударом Жорик со всего размаху угодил в доску – промахнулся – и пребольно зашиб себе кулак. Рассвирепев, он схватил Максима за руку, пытаясь заставить того открыть лицо, и тут на него налетел Фидель.

Он был на голову ниже Жорика, но гораздо сильнее в руках, и потому не стал бить кулаками, а схватил Жорика за шею и зажал его в борцовский замок. Жорик захрипел, и попытался высвободиться. Не получилось – Фидель не бил, но шею держал так крепко, что высокий Жорик вынужден был согнуться в три погибели. Теперь низенький Фидель нависал над ним.

– Не смей его трогать, собака! – прокричал Фидель в ухо стонущего и матерящегося Жорика. – Он свой. Не смей своих трогать!

Между тем Максим опустил руки, распрямился, и безучастно наблюдал за происходящим. Он был бледным, как мел, и дрожал мелкой дрожью. Сейчас ему было бы несложно налететь на беспомощного Жорика и избить его, но страх парализовал движения. Максим мог только смотреть и ждать – что же сейчас будет?

– Не смей его трогать! – прошипел Фидель в очередной раз. – И никого из своих не трогай, паскуда!