– Здравствуй, милая, соскучила-с-с-сь?
– прошипело в ухо очень... ну, очень злое существо, оно же муж.

– Не особо-о, - выдавила из себя Манон, дышать было тяжело, так вжал в стену.

– А я вот скучал, - и потерся об неё всем телом, здоровый голый кошак.

Манон в полной мере ощутила - да, скучал, и очень-очень скучал. И что ей с этим злым соскучившимся делать? Страха не было. Был холодный, расчётливый азарт Палача.

Манон почувствовала, как Тигран коснулся губами её затылка.

– Зачем ты вернулас-с-сь?
– прошипел он. Вцепился зубами в парик и стащил его с головы Манон, выплюнул на пол.
– Так лучше, - он потерся носом вдоль шеи, прикусывая зубами кожу.

– Погово-орить, - чёртово тело начало реагировать на него. Мозг был холоден, но тело... требовало: да, да, хочу этого самца, дайте немедленно.

– Поговори-ить? Голая? С дагой?
– Тигран коленями ударил под коленные ямочки, и Манон просел,а ослабив ноги. Тигран тут же вклинился между ними, раздвигая и фиксируя. Главный аргумент соскучившегося мужа упирался точно в копчик. Тигран вновь потёрся о Манон, пристраиваясь поудобнее.

МАРИНА!!!!!!... м-м-м?... чего надо?.. А сама не видишь?!... не-а... но чувствую... Марина!... Ну, а что? Он тебе за несколько месяцев супружеский долг задолжал, особенно за последний, пусть отдаёт, с процентами... Марина!!. а что сразу Марина?.. сама от двух великолепных парней отказалась, стеснительно ей... а у нас тело молодое, отзывчивое, к его ласкам привыкшее, вот и реагирует. Так что расслабься и получи, наконец, удовольствие, потом поговоришь...,о-о-о, да-а-а, умеет, подлец, соблазнять, ладно, я ушла наслаждаться, а ты как знаешь...

В этот ответственный разговор Тигран, не подставляя лицо под удар затылком Манон, целовал её шею, спускаясь к плечам, у основания шеи его губы замерли... не прекращая тереться об неё, он чуть присел и неожиданно вздёрнул за руки вверх, сильно сжав запястья, она вскрикнула от боли, привстав на цыпочки. Зубы Тиграна вцепились в загривок, словно животное, беря свою самку, указывал, кто хозяин, и запах возбуждённых тел, и напряжение... Рывком входящий, и удар по нервам, по разбитым сердцам. Рассекая пространство раз за разом, два обречённых... нет, не хватит, ещё и ещё...

– Тварь, как я ненавижу тебя, - шептал Тигран, покрывая её шею и плечи болезненными поцелуями, - ненавижу... ненавижу...
– сжимая запястья, почти ломая кости. Она стонала от боли и острого удовольствия... наслаждалось тело, душа и сердце были равнодушны. Словно разделилась, отдав возможность наслаждаться Марине, а Манон отстранилась, ждала окончания. Странное чувство раздвоенности, здесь - и не здесь.

– Зачем ты вернулась... зачем... скажи мне, зачем...
– требовал Тигран, всё яростнее вколачиваясь в тело.
– Ненавижу... скажи, зачем... любимая... Два оргазма сплелись в один судорожный стон, тела сползли по стене на пол. Мужчина по-прежнему не выпускал запястья, навалился всем телом, обнимая скрючившееся, вздрагивающее в последних спазмах безумия, тело женщины.

Они лежали на полу, Тигран прижимался к ней, дрожащей.

– Замёрзла?

Она не ответила, она не замёрзла, она тряслась от едва сдерживаемого хохота... абсурднейшая ситуация... клоуны... какого демона они только что вытворяли? Главное, злости на него она не испытывала, но уже и не любила.

Просто отлично позанимались сексом, организм был за это премного благодарен и доволен, славно бы в душик - и в постельку... организм, ты совсем оборзел? Тебя сюда не для этого привели... а зачем я сюда вообще пришла?.. вроде, поговорить, - подсказала Марина... А-а-а, предательница очнулась... и как, хорошо тебе?.. очень, и тебе тоже, не тормози, ты пока самоедством занимаешься, он что-то задумал. Хватит разлёживаться, долг супружеский нам вернули, пора за дело браться.

Манон почувствовала, как Тигран за спиной начал вертеть головой, словно искал что-то. Перехватил её запястья одной рукой, а другой потянулся за чем-то.

– Тигран? А что ты делаешь?
– настороженно поинтересовалась Манон.

– Ничего особенного, лежи, лежи, - ответил, не переставая тянуться.

Манон извернулась и посмотрела, куда это он руку свою тянет... за поясом от пеньюара. Связать её хочет.

– Тигран, а пояс тебе зачем?
– начиная догадываться, зачем.

– Сейчас узнаешь, - многообещающе пробурчал мужчина, зацепив, наконец, шёлк.

Узнавать Манон не стала. Резкий удар затылка в расслабленную челюсть, клацнули зубы, вопль сквозь стиснутые зубы, кажется, язык прикусил. Рука, держащая запястья, ослабла. Со всей дури саданула локтем по рёбрам, кажется, треск - и очередной сдавленный вопль. Откатилась, вскочила на ноги. Удар правой в лицо. Из носа брызнула кровь. Затих.

Быстро перевернула на живот безвольное тело, поясом связала руки за спиной. Пеньюар скрутила жгутом и стянула щиколотки, за ноги дотащила поближе к постели. Оставленными рукавами привязала к ножке кровати. Сбегала в гардеробную, принесла несколько ночных рубашек. Одну надела, две других порвала на полосы. Продублировала обвязку чуть выше коленей. Вытерла кровь с лица Тиграна. Сходила в ванную, набрала в кувшин холодной воды и вернулась в спальню. Встала над Тиграном и вылила содержимое кувшина ему на голову.