– Кто мы такие тебе хорошо известно. Здесь командиры всех наших звеньев. Ты хорошо представляешь себе, что такое всего одно звено мародеров?

По глазам, стало ясно, что он представлял, наверное, даже больше чем нужно.

– Как ты понимаешь в свете этих фактов дни Союза племён сочтены и от тебя зависит уцелеет ли племя Хоев и все остальные благоразумные и дальновидные племена, или нет.

Смотря на каменные лица мародеров, Хур-Хой проникался осознанием собственной ответственности, перед судьбами таарского народа.

– Мы уже конечно не те и не стремимся под корень уничтожить всех зеленокожих, к чему такие крайности? Нужно смотреть в будущее, а в будущем я вижу, прочный союз и торговые договорённости между людьми и племенами. Разве я не прав мой юный друг?

Хур-Хой и хотел бы, чтобы Серый оказался прав, да вековые традиции не позволяли согласиться. Видя смятение на лице юного Хоя, Серый продолжил:

– И конечно тебе, как тому, кто открыл собратьям глаза на открывающиеся перспективы, в этом будущем будет уготована заметная роль. Я думаю командиры даже не будут против, если мы, примем тебя в свои ряды, дабы доказать серьёзность наших намерений.

Командиры благосклонно кивнули.

Хур-Хой понимая, что прямо сейчас можно попасть из грязи в князи и попытать счастье, заёрзал на стуле, убивая в себе последние оставшиеся предрассудки. И наконец, согласился со всем и сразу.

Волосатый воскликнув: «Вот это совсем другое дело – наш человек…ахм таарец!», и потащил Хур-Хоя к столу, где принялся активно потчевать того яствами и особенно вином, интересуясь как там вообще на родине жизнь, как поживает матушка и многочисленная родня.

Мародеры тоже принялись активно поддерживать беседу.

Во всей этой повеселевшей кампании, заметно выделялись княжна и Арак, находящиеся в лёгком ступоре.

Скоро вечер плавно перешёл в ночь, Хур-Хой благополучно отрубился, выдав перед этим все названия племён, их численность и местонахождение.

После того как таарца утащили в опочивальню на чём настоял Серый, (Арак хотел кинуть того обратно в темницу), вернулись к разговору об идеи последнего.

– Разузнали вы, конечно, всё ловко, но что нам это даёт и зачем этого мальчишку отнесли в опочивальню, а не в темницу? – продолжала недоумевать Лукреция.

– О союзе с племенами я говорил вполне серьёзно, - сказал Серый, - и Хур-Хой нам пригодится.

– Теперь, когда мы знаем названия племён княжна, - начал Аза, - мы сможем применить трюк, что генерал Ворон называл - Подсадной уткой.

– Причём здесь утки? – нахмурилась Лукреция.

– Большинство племён, что назвал Хур-Хой, участвовали в войне, в которой были и мы, если они узнают, что на вашей стороне несколько звеньев мародеров они станут бояться и перестраховываться. Может даже некоторые племена откажутся от похода. Главное убедить их всех в том, что мародеры и правда, на вашей стороне.

– И как же это сделать?

– Над этим надо ещё подумать.

– Ваша идея мне нравится, может из неё что-нибудь и выйдет, - решила княжна. – Есть у вас ещё какие-то мысли? – уже с надеждой спросила Лукреция.

– Есть, конечно, - сказал Костун, - мы применяли множество тактик в войне против племён, но все они требуют времени и подготовки.

– Надеюсь, Творец подарит его нам и у вас всё получится. Вы сказали, что не многое можете, но я впервые за много лет обрела надежду с вашей помощью. Спасибо.

– Надейтесь, конечно, на лучшее, но будьте готовы к тому, что все наши затеи провалятся, - серьёзно сказал Аза.

Лукреция согласно кивнула и попрощавшись со всеми вышла.

Вечер кончился грандиозной попойкой.

Проснулись все только к полудню, там же где и уснули, прямо за столом, зелёные от выпитого вчера, одни только девушки имели приличный вид, хотя и потрёпанный местами. Арак, застав большую часть мародеров занимающихся самолечением, болезненно поморщился от одного их вида.

– Этак нас похмелье прикончит, а не таарцы, - заметил Волосатый, - умереннее надо быть товарищи, умереннее.

Костун согласно булькнул бутылкой с вином.

– Только не говори Арак, что у нас сегодня какие-то смотрины, что-то такое ты вчера обещал…

– Да, какое, там с вашими рожам… то есть лицами, благородные господа.

– Ну, и чудненько, - уткнувшись в прохладный салат, сказал Волосатый.

– Сегодня можно и головой поработать, - заметил Аза.

Волосатый протестующее замычал из салата.