Посидел в лесу весь день до вечера, потом подобрал себе дубину и пошел искать, что бы пожрать. Набрел на речку. Только помылся, глядь какой-то душман на коне едет. Одет прикольно, лапка лисья, лук со стрелами, сабля, как Чингисхан в кино. Ну, думаю, заметит меня, мало мне не покажется. Залег в траве, а он почти к самому месту подъехал и на привал встал. Коня пустил пастись, а с сам разделся и в реку мыться полез.

Ну, я и воспользовался ситуацией. Правда сдуру его не зарубил, просто вещи и оружие забрал, сел на коня и уехал. Он сзади что-то по своему верещит, а мне дела мало. Пожрал, что у его припасах было, мясо вяленое, лепешки; полез во вьюк, а там бабок немеряно, золотые червонцы, серебро. Я тогда знать не знал, что такие деньги бывают.

Понимаю, что никаких здесь ментов нет, а все равно очко играет, вроде как ограбил человека. Ну, еду себе во всем душманском, а как встречные меня увидят, в лес бегут. Понял я, что одного моего вида боятся. Ну, так и пошло...

Подробности своего перехода из строителей в разбойники атаман решил опустить.

– Павел говорит, что у тебя в Москве семья есть? – спросил я, когда его молчание затянулось.

– Да, это уже потом, когда я при деле стал. Встретил хорошую женщину, не то, что та моя училка. Живем который год душа в душу. Троих детей настрогали. Я летом здесь, вроде как на шабашке, а зимой в Москве на теплой квартире. Так что все у меня путем.

– Покажешь мне свое хозяйство? – спросил я.

– О чем базар. А ты-то сам как сюда попал? Ну, я имею в виду в это время. Тоже какая-нибудь сволочь отправила?

– Нет, у меня все по-другому. Искал пропавшую жену, мне и предложили сюда переместиться, сказали, что она здесь, Тоже вроде как ученые, эксперимент делали, – упростив до быстрого понимания ситуацию, объяснили.

– Ну и как тебе здесь?

– Пока ничего, но я тут совсем недавно. А тебя назад в наше время не тянет?

– Сначала сильно тосковал, врать не буду. Все-таки в квартире горячая вода, телевизор. Я еще за «Спартак» болел. А потом привык, оказалось, что и тут жить можно.

– Назад хотел бы?

– Куда там, здесь семья, дети, а там кто меня ждет! Мать была уже в годах, давно, поди, померла. Только что своей прежней за подлость кишки выпустить. Мне теперь такое запросто. А ты назад собираешься?

– Пока нет.

– Бабу-то свою нашел или новая появилась?

– По-всякому было, – ответил я, не желая обсуждать свои сексуальные проблемы, которые уже начали беззастенчиво появляться тоскою по прекрасным дамам. Почему-то без нежных привязанностей жизнь у меня получается не совсем полноценная.

Как очень верно когда-то отметил Владимир Маяковский.

– Если хочешь, могу сосватать классную девку, – правильно поняв мое состояние, предложил Чувак. – Правда она пока сама не своя, ревет белугой, но попривыкнет, лучше не найдешь.

– Это ты о той, что хочешь продать за десять ефимок?

– С тебя возьмем меньше. Бери, не пожалеешь.

– Ладно, пойдем за моим Иваном, а о девке я подумаю, – пообещал я.

Атаман кивнул и повел меня в ту сторону, откуда недавно пришел с помощником.

Лес разбойники содержали в порядке. Никаких следов пребывания здесь большого количества людей заметно не было. Лес казался глухим без тропинок и помятой травы.

– Хорошо вы маскируетесь, – похвалил я.

– Без этого никак, иначе давно бы спалились. До Москвы-то, сам знаешь, всего ничего.

Вскоре мы вышли к небольшой лесной речке с тихой, прозрачной водой.

– Вот здесь у нас база, – сказал Чувак, показывая на какой-то вал, густо заросший травой. – Наша крепость. У меня даже две легкие пушки имеются. А если не удержим удара, то есть отход через непроходимое болото. По нему ни один чужак не пройдет. Так что сам понимай, фирма веников не вяжет.

– Круто, – согласился я, рассматривая хорошо замаскированные фортификационные сооружения. – Лагерь, как я понимаю за валом?

– Точно, – не без гордости подтвердил он. – Нас отсюда стрелецкий полк не выкурит. Будет нужно, так жахну картечью, мало не покажется!

Мы поднялись на вал и оказались над циркульной формы крепостью. Единственным незащищенным местом был сход к болоту, поросшему ряской и осокой. За валом, внутри крепости, паслись лошади, и было десятка полтора-два шалашей.

– Это и есть наше городище, – со скрытой гордостью сказал Чувак.

Насыпь с внутренней стороны была крутая, так что спускаться пришлось по приставной лестнице.

– Как же вы завели сюда лошадей? – удивленно спросил я, увидев среди табуна нашу кобылу Зорьку.

– По болоту, – ответил Чувак.

На наше появление никто не отреагировал, разбойники, если они здесь и были, сидели по шалашам, так же, как и пленники. Похоже, атаман смог навести в ватаге образцовый порядок. Ни следов от костров, ничего, что бы могло выдать их местоположение, я не увидел.