– Стилет?
– переспросил он, продолжая усмехаться, чем невероятно бесил охотника.
– О, конечно же, я о ней знаю! Ты просчитался, недоумок, Маркизе моего клана не около сотни лет, ей перевалило за триста.

– Маркизе?
– удивленно хмыкнул мужчина.
– Она что, аристократка?

– Среди вампиров - бесспорно, да, - несколько туманно отозвался пленник.
– В нашем обществе титулы лишь звучат так же, как у людей, значения у них совершенно другие. Ты дерьмовый охотник, если до сих пор не знаешь этого...

– Ты жрать хочешь, кровосос?
– рыкнул Хьюго, перебивая вампира.
– Если да - выкладывай все об этой твари и держись повежливее. Как ее зовут, где найти, какие у нее слабые места... В самом деле, я же не буду из тебя все по одному слову выуживать?!

– Настоящее имя лично мне неизвестно, я никогда не слышал, чтобы к ней обращались как-то иначе, кроме как Стилет. В иерархии клана стоит в шаге от высшего титула. Слабых мест не имеет, по крайней мере, за многие десятилетия никто таковых найти не смог. Найти ее у тебя самостоятельно никогда не выйдет, разве что кто-то из ее "птенцов", если таковые вообще есть, приведет тебя к ней. И да, - пленник, несмотря на свое положение, гнусно хихикнул, - земля тебе пухом. Чтобы убить миледи надо, по меньшей мере, быть хотя бы самым простым вампиром. У человека шансов нет.

– Посмотрим, что ты скажешь, когда эта мразь окажется в соседней камере, - самодовольно усмехнулся Хьюго, уже торжествуя в душе. Все складывается как нельзя удачнее: у него в подчинении как раз имеется "птенец" вампирши, способный вывести на нее и, главное, уже готовый сделать это. Пусть и сам того не зная: - Последний вопрос... Из какого, говоришь, ты клана?

– Серебряная Пыль, - в окошко охотник увидела самодовольную усмешку вампира.
– Если тебе это о чем-то говорит, разумеется.

Пропустив реплику пленника мимо ушей, Хьюго с издевкой вытащил из кармана складной нож и проколол пакет, позволив крови хлынуть на пол. Только когда в пакете осталась всего пара капель, он протолкнул его в узкое окошко камеры:

– Приятного аппетита, ошибка природы.

– Ничего другого от лживого ублюдка, вроде тебя, я и не ждал, - нарочито спокойно прокомментировал это действо вампир. А потом стремительно метнулся вперед и оказался у самой двери раньше, чем охотник успел моргнуть хоть раз.
– Знаешь, почему я рассказал тебе о Стилет? Потому что отныне я буду мечтать о том дне, когда ты разыщешь миледи. Пить тебя она побрезгует, но точно не откажет себе в удовольствии вволю поглумиться над тобой перед смертью. Говорю же, земля пухом, урод.

Хьюго промолчал, но окошко закрыл с таким остервенением, что звон металла ненадолго повис в воздухе. Слова пленника его ничуть не напугали, напротив, убедили в том, что создательница Джейса заслуживает уничтожения. Главное, чтобы сам вампир не заподозрил раньше времени, какая роль в поимке Стилет ему уготована.

*****

Джейс неуверенно рассматривал старинный особняк за высокой вычурной оградой. Разросшийся сад скрывал большую часть здания, оставляя на виду лишь крышу, навевавшую мысль о готическом соборе: высокие шпили, украшенные ажурным каменным кружевом, фигурки горгулий. Чутье привело вампира к тому самому логову, в котором он обитал после обращения, но это вызывало у него недоумение. Насколько Джейс помнил, Стилет после его побега покинула прежнее место обитания. Быть может, он просто ошибся и почуял не тот след?..

Вампир настороженно оглянулся на своих сопровождающих. Вместо Александра Хьюго послал с ним и Эриком двух других парней, которых Джейс до этого дня даже не знал. Впрочем, судя по недоумению Рика, ему эти типы тоже знакомы не были. Говорить о себе новоявленные члены охотничьего отряда не посчитали нужным, назвав только имена, а Хьюго, в ответ на удивленные вопросы Джейса и Эрика, только развел руками и сказал, что раз приглашенные им для подстраховки товарищи желают скрыть свои личности - это их дело. Рика такое объяснения, казалось, вполне устраивало. Вампир же нутром чуял подвох. Хотя, скорее не нутром, а носом: от обоих парней буквально разило ядреной смесью свежего сладковато-пряного аромата аниса и терпкого слегка древесного запаха можжевельника. Оба растения, как известно, напрочь отбивают нюх у вампиров, что невероятно злило Джейса и мешало ему. Во-первых, ища логово Стилет он время от времени пытался прибегнуть не только к вампирской интуиции, но и воспользоваться обонянием, но каждый раз в ноздри набивался отвратный древесно-травяной аромат, сводя на нет все усилия. Во-вторых, Джейс всерьез опасался, что его создательница придет в ярость, учуяв ненавистный ей запашок, не дающий уловить и запомнить след посетителей. Остается надеяться, что он успеет объяснить ей все прежде, чем Стилет свернет его сопровождающим шеи.

– Ну, мы идем или как?
– с раздражением окликнул Джейса Дэн, брюнет со шрамом во всю левую скулу. По взгляду его было понятно, что необходимость слушать указания вампира - худший кошмар всей его жизни.
– Это хоть тот дом?

– Если бы кое-кто не злоупотреблял туалетной водой с травками и кустарниками, я мог бы ответить с большей уверенностью, - огрызнулся вампир, против воли позволив клыкам заостриться.
– А так... Вполне вероятно, что она здесь. И так же вероятно, что я ошибаюсь. В любом случае, дом мы проверим, и советую всем быть на чеку. Осмелюсь предположить, что ни с кем опаснее Стилет вы пока не сталкивались.

Сопровождающие Джейса парни ехидно усмехнулись. За исключением, Эрика. Он-то по опыту знал, что его коллега не склонен к преувеличению.

Чем дальше охотники проходили через сад, тем более внушительным казался особняк. Здание из темного, практически черного камня имело форму полукруга, центральная часть которого была массивной и лишенной особого изящества, единственные украшения ее сводились к высоким и узким сводчатым окнам с ромбовидным переплетом на стеклах. Зато левое и правое крыло особняка представляли собой круглые трехэтажные башенки, уравновешивающие монолитность центра своей легкостью: украшенные замысловатыми барельефами, со стремящимися ввысь шпилями и колонами по обе стороны каждого окна, витражными розами под самой крышей, они казались совсем тонкими и воздушными. Все здание было увито плющом, который сейчас уже пожелтел и пожух.