В висках снова щелкнуло, отсекая собеседника и дезактивируя сенсоры. Ругаться ищейка предпочитал вслух, да и дел у него определенно прибавилось.

Я отдышалась, почти с наслаждением прислушиваясь к боли в горле - раз больно, значит, я все еще жива!
– и, морально подготовившись, поползла к зеркалу, в котором традиционно отразился красноглазый террор и ужас с ажурненькой, под стать цепочке, странгуляционной бороздой на шее. Я уже начала прикидывать, как бы выползти в коридор и найти целителя, не поставив на уши половину дворца, когда характерный щелчок в висках повторился - на сей раз сработав на вызов.

– Ты цела?
– деловито поинтересовался ищейка.

– Ну, как тебе сказать, - я едва не хохотнула вслух, но быстро вспомнила, чем мне это грозит в ближайшее время, - цела-то цела, но мне от этого не легче!

– Сейчас буду, - не то пообещал, не то пригрозил Рино и снова отключился.

Со здравым сомнением покосившись на свое отражение - вот стоит ли показываться в таком виде единственному мужчине, готовому на мне жениться?
– я вернулась на кровать и уселась поверх покрывала, притянув колени к груди и с нетерпением ожидая, когда же можно будет вцепиться в ищейку и наконец-то почувствовать себя в безопасности.

Если после этого он раздумает на мне жениться, пожалуй, я сама его придушу.

Глава 50. Как назначить дату свадьбы

Рино, к моей досаде и одновременному неописуемому восторгу, пришел не один.

Третий принц Ирейи держался с привычным апломбом: совершенная осанка, безупречно гордый постав головы, идеальные манеры, тщательно подогнанный мундир. И узкая черная - в тон остальной одежде - повязка на левом глазу, из-под которой виднелся край расплывшегося и пожелтевшего, но все еще шикарного синяка.

Я уже собралась позлорадствовать по этому поводу, когда неуловимо изменившееся выражение его лица напомнило мне, как выгляжу я сама.

Менее сдержанный ищейка выругался так изобретательно, что мы поневоле заслушались, и Его Высочество даже забыл церемонно склонить голову в качестве приветствия, как делал обычно.

– Почему ты не сказала, что тебе нужен целитель?
– спросил Рино, явно изготовившись поставить на уши весь медицинский штат дворца, здорово разросшийся в связи с последними событиями.

– Потому что я цела, - общаться я все еще предпочитала мысленно. Сейчас даже глубоко дышать было больно, не говоря уже о таком подвиге, как разговор вслух.
– И мне нужен не целитель, а моя пентаграмма и четверть часа времени, но сама я в таком состоянии ее не подниму, - неделикатно намекнула я и ткнула пальцем в нижний ящик комода, куда перекочевала моя сумка.

Ищейка послушно выудил оттуда дорожную пентаграмму, удивленно крякнув от ее веса, но воздержался от комментариев и быстро разложил ее прямо на кровати за моей спиной, чтобы мне оставалось только откинуться назад, что я с облегчением и проделала. Не хватало еще назавтра в дополнение к столь специфическому нашейному украшению обзавестись кровавыми звездочками по всей физиономии!

Через четверть часа я задышала посвободнее. Полностью убрать все последствия не удалось, но, по крайней мере, со жгучей болью в шее я справилась - хоть и променяв ее на головную вкупе с сорванным голосом и запоздалым озарением, что неспроста жрицы в Храме никогда не лечили сами себя.

Ищейка за время моих экзерсисов успел сопоставить следы на горле и цепочку часов, и теперь они с Третьим крутились рядом с ними, поочередно перетягивая поближе к себе и о чем-то с жаром переговариваясь. Когда я попыталась включиться в разговор, мне тут же вручили стакан с водой и посоветовали помалкивать. Я бы, может быть, и повозражала, но голосовые связки под грузом сегодняшних впечатлений однозначно высказались “за”, и мне волей-неволей пришлось сидеть тихо, чем немедля воспользовался Его Высочество.

– Я должен принести свои извинения, сестра Мира, - ровным голосом сообщил он.
– Мне следовало больше доверять Вам и своему брату. Кажется, Вы только что раскрыли еще один заговор.

Если на его очередном “должен” я едва не скривилась, с трудом удержавшись от заявления, что готова простить ему все долги, лишь бы он прекратил разговаривать канцеляризмами, то на фразе про заговор неблаговоспитанно уронила челюсть и вытаращилась, напрочь забыв про свои впечатления от первой части выступления.

А потом с подозрением уставилась на часики, наконец-то сообразив: если ромашки и зачаровали совсем недавно, раз они все еще свежие, то вот ювелирку могли заколдовать только заранее. До продажи. Но ни хелльский риттер, ни граф ри Кавини, ни тем более герцогиня ри Шамри не могли знать, что я выберу именно эти часы, а дядюшка Горин и вовсе советовал купить другие, наручные на широком ремешке.

А это значит, что зачарована, вероятно, была вся партия.

Основной контингент Облачного района - знать и самые удачливые купцы. Иными словами, достаточно богатые и влиятельные люди. Нацепи на жену или дочь каждого покупателя по зачарованной удавке - и он у тебя в кармане, а вместе с ним - все его связи и власть. Дорого, долго, несколько топорно, но действенно.