– Дочь, оставь нас, - после того как мы с Альбиной молча прошли через половину особняка и зашли в его кабинет, Рубен Идальгович попросил девушку удалиться.

Расторопный слуга, судя по одежде выполняющий функции официанта, расставил чайный набор за небольшим столиком в углу огромного кабинета. Только после того, как мы вновь остались вдвоем, Рубен Идальгович начал разговор.

– Мне доложили, что по дороге возникло небольшое недоразумение и поэтому вы задержались, - хозяин кабинета задал тему для начала беседы.

– Альбина просила никогда не бить ее водителей и охранников, - не готовый к такому повороту, я сказал, как есть.

– И поэтому вы ничего не делали? – обозначив детальную осведомленность в произошедшей драке на парковке, он слегка удивился.

– Ну почему же ничего не делал, я смотрел и ждал, - ответил я и, встретившись с его вопросительным взглядом, пояснил: - смотрел на вашу дочь и ждал, когда она остановит своего человека.

– И как, дождались? – пригубив чашку, Рубен Идальгович сделал небольшой глоток.

– Не знаю, - честно признался я: - от удара ногой в голову я потерял сознание и, что было дальше, не помню.

Воспользовавшись паузой в разговоре, я тоже взял налитую для меня чашку и попробовал горячий напиток. Чай был как чай, из обычных пакетиков он заваривался не хуже.

– Кстати, а где сейчас находится этот человек? – поставив свою кружку на блюдечко, Рубен Идальгович напомнил мне об водителе.

– Гхм, наверное его надо вынуть из багажника, - смутившись, толи попросил, толи признался я.

– Значит не били? – почему-то развеселившись, еще раз уточнил он.

– Один раз ударил! – с самым честным выражением, на какое был способен, оправдался я.

В кабинете появился официант, судя по всему, у хозяина кабинета имелась какая-то возможность вызывать слуг и охранников, не привлекая внимания посетителей и гостей. Склонившись к Рубен Идальговичу, халдей выслушал пару слов, произнесенных тихим голосом, и с поклоном удалился.

– Наверное мне нужно пояснить некоторые моменты, чтобы в будущем вы правильно понимали ситуацию, - сложив руки на животе, он собрался с мыслями: - раньше моя семья жила в другом месте, мама Альбины погибла в результате покушения, и дочь росла замкнутой и одинокой. Единственным ее другом был соседский мальчишка, защищавший болезненную и худую девочку.

От «нарисованной» картины стало понятно, что соседский мальчишка до сих пор влюблен в выросшую Альбину и продолжает оберегать от всех невзгод, постоянно сопровождая ее в качестве шофера и телохранителя. Залезать в этот треугольник, занимая пустующий угол, было глупо и ненужно. Как правило, женщина сама порой не знала, кого выбрать и до конца жизни впадала из крайности в крайность.

– Ну, оставим это, - отодвинув чай в сторону и вернувшись за рабочий стол, хозяин кабинета дал понять, что началась деловая часть встречи.

– Рубен Идальгович, я бы хотел попросить у вас человека, - после того, как я уселся в предложенное кресло, возникла пауза, которую мне невольно пришлось нарушить первым.

– Какого рода человек?
– нормально восприняв мою инициативу, он косвенно дал понять, что я делаю все правильно.

– Как вы теперь знаете, процент успешных операций в клиниках пластической хирургии достигает девяносто пяти процентов, - начав из далека, я постарался как можно емче и информативнее донести свою идею: - но, в остающиеся пять процентов может попасть даже тот, кто уже делал операции с ранее положительным результатом. Таким образом, возникает стопроцентный шанс неудачи, для каждого, кто ложится на хирургический стол. Моя идея заключается в том, чтобы заключить договора со всеми клиниками пластической хирургии в городе и, в случае неудачи, по страховке, я буду устранять возникающие последствия.

– А почему не работать с теми, кто пострадал, так сказать, по факту?
– решил уточнить Рубен Идальгович.

– Ну, их же только пять процентов, а не сто, - улыбнулся я: - пусть платят все, а получают помощь лишь те, кому это стало необходимым.

– Я так понимаю, это еще как-то связано и самим процессом оказания помощи? – проявив проницательность и уловив недосказанность в моих словах, чуть сощурился отец Альбины.

– Да, тем, кто получит «страховку», необходимо до операции пройти обследование в моей клинике, это не займет много времени, но существенно облегчит процесс реабилитации, - уступая интересу собеседника, я слегка углубился в детали процесса.

– А так же позволит избежать махинаций со страховыми полисами, - намного лучше меня разбирающийся в психологии людей, живущих в нашей стране, добавил Рубен Идальгович.

– Можно и так сказать, - испытав небольшой приступ раздражения от снисходительного тона, примирительно согласился я.

– И сколько вы хотите брать за вашу «страховку»?
– начало обсуждения денежного вопроса ознаменовало очередной этап беседы.

– Для этого мне и нужен ваш человек, который запросит столько, сколько нужно, а потом сможет эти деньги взыскать, - обозначил я свои ожидания.