– Дядя Гена, какая у вас ручка большая!
– восхитился ребенок, - Вы как дядя Ваня Чертов - огромный!

– Я, знаешь, почему такой вырос? Много каши геркулесовой ел.

– Я её тоже ем, - ребенок вздохнул, - но не всегда.

Выехали с вокзала и поехали по Каунасу. Алька с Мишуком замерли в восхищении: украшенный к Новому году город сиял и сверкал, мимо проносились наряженные елки, везде мигали разноцветные гирлянды.

– Папочка, какой Новый год красивый!!

Папочка как всегда одной рукой держа сына на коленях, а второй крепко обнимая Альку, сказал: -Обязательно приедем сюда днем, посмотрим праздничный город.

За городом понеслись поля и небольшие деревеньки, сыночек уснул, задремала прислонившись к плечу и Алька, а Авер понял, что снова дышит полной грудью.

– Да, Авер, ты подсел на них всеми фибрами, два с половиной месяца оказались почти веком, скорее бы март... Саша никому не говорил, но чувствовал он себя неважно, и думалось ему, что зарубит его ВВК, как-то не очень хорошо вело себя его сердце, а может, это из-за того, что рядом нет вот этих самых любимых человечков? Вон как легко стало и на душе, и на сердце. Он повернул голову и зарылся носом в волосы жены: - Хорошо!!

На подъезде к Рукле Саша разбудил Альку:

– Алечка, мы подъезжаем,просыпайся!

Остановились на КПП, Саша вылез, отдал дежурному Алькин паспорт и Мишуково свидетельство, тот, сделав пометку в журнале, быстро отдал документы назад, и через десять минут зашли в общежитие. Сидевшая за стойкой вахтера женщина с любопытством уставилась на Альку:

– С приездом семьи, товарищ капитан!

Товарищ капитан только сухо кивнул. После происшествия с Сафроновской женой он не доверял ни одной женщине, дежурившей в общаге.

Неся на руках разоспавшегося сына, поднялся на второй этаж, отдал Альке ключ, она открыла его комнату. Прапорщик Козлов, топающий с двумя большими сумками, осторожно поставил вещи на пол:

– Однако, как же Вы, такая худенькая, смогли хотя бы поднять эти неподъемные даже для меня сумки?

– Да мне помогли, дома посадили, в Москве Сашин друг встретил, а здесь вот вы, спасибо вам большое!

Алька вытащила из сумки банку с вареньем:

– Малиновое из лесной, нашей уральской ягоды, как говорит моя мамка, отведайте!

– Спасибо, не откажусь! Я пошел, счастливо вам встретить Новый год!

Тихонько раздев сына, положили его на небольшую кушетку, укрыли теплым одеялом, и Авер схватил Альку:

– Еле дождался!
– нацеловывая её куда попало, выговорил он, - я Аль, вами отравился, лечению не подлежу. Боже, какая ты сладкая, ммм... Я бы должен не спеша тебя расцеловывать, но терпежу нет, прости!
– бормотал он, лихорадочно раздевая Альку.

Она же только мычала в ответ, путаясь в пуговицах его рубашки. -Сама такая... же...
– с перерывами пробормотала она.

– Какая такая?

– Голоооодная!!!

Пока к обеду проснулся сын, оголодавшие родители немного насытились. Авер мотался из кухни, расположенной неподалеку, в комнату, готовя что-то вкусное, а Алька, раскрасневшаяся и довольная, спала со счастливой улыбкой на губах.

Мужики сходили в туалет, умылись, собрали на стол, а мамочка все спала, Минька подлез к ней:

– Мама, мы же приехали на папу поглядеть, а ты все спишь?

– Минь, встаю!
– пробормотала Алька и, открыв глаза, встретилась с двумя парами карих глаз, смотревших на неё с любовью и обожанием.

– Какие вы у меня хорошие, я вас так люблю!

– Мы тебя тоже, - ответили её Аверы.

. И был день, наполненный новыми впечатлениями и для Альки, и для Миньки.

Первым делом позвонили деду, в нетерпении ожидающему звонка от них, дед выслушал их, порадовався что, "усё нормально, тагда я поехав до своих, кажуть, без мяне праздника ня будя!"

– Дед, ты всех там поздравь завтра скажи им...

– Да, знають они усё!

– Алька, ты это...

– Что?

– Праунучку мне привязи!

– Ну, ты даешь!

– А чаго, годы мои вяликие, надоть малую успеть подяржать у руках, Сашке кажи!

Сашка долго смеялся - посмотрит на Альку и опять смеётся:

– Дед у нас - кладезь!

– Я за него больше, чем за Миньку трясусь зимой. А его вечно носит с голой шеей, Миньке шарфик завязал и все, а с тем воюем постоянно - "Душить мяне и усё, а то, что у госпитале ляжал, так старый я".

– Ты же сама говоришь - упертая Цветковская порода!
– целуя жену в уголок глаза промурчал Авер.
– Пошли выставку нашу смотреть и с моими орлами знакомиться, ждут.