— Расслабься, Компьютер, — сказала я, вставая обратно на ноги и вытряхивая из головы оставшуюся размытость. Пройдясь, я встала перед капсулой. — Я имела ввиду то, о чём сказала. Раз я должна убить Голденблада, значит убью. Но сперва, мои друзья.

Я села напротив стазис-капсулы, рассматривая её обитателя на протяжении минуты. И тут у меня появилась идея.

— Вопрос на засыпку. Твой основной приоритет — убийство Голденблада, верно?

— Никак нет. Я должен держать его в заключении, пока не явится палач, чтобы подобрать надлежащий способ убийства. После чего, я его убью. — компьютер звучал довольно стервозно из-за того, что я не согласилась размазать Голденблада по всей поверхности виртуальной реальности.

— А еще ты должен допрашивать его, что бы получить информацию. Верно?

Я так и не получила ответ. — Кто уполномочен получить эту информацию?

— Принцесса Луна, уполномоченный работник МиМо или любой вышестоящий представитель министерства, — раздражённо произнёс компьютер.

— Верно, — сказала я, вспоминая о статуе и о маленькой жёлтой статуэтке, которую видела словно вечность тому назад. Чёрт, как же я скучаю по той шестёрке. — Я решила, какую казнь должна исполнить.

Тысяча вариантов всплыло на экранах. Тысяча ужасных способов сделать это.

— Пожалуйста, сделайте свой выбор.

Я закрыла глаза и, сделав глубокий вдох, убила его.

— Доброта.

Несколько секунд, компьютер ничего не отвечал.

— Вы желаете, чтобы его… заобнимали до смерти? — с надеждой спросил компьютер.

— Я хочу, что бы его отпустили. Я собираюсь убить его с помощью доброты, — сказала я твёрдо. Я не собиралась раздумывать или дискутировать на эту тему.

— Прошу прощения, но ваш выбор не верный, — произнёс компьютер с характерной, как мне показалось, остротой. — Пожалуйста, выберите подходящий вид казни.

— Но он и так подходящий. Самый подходящий среди всех остальных, — сказала я, не отводя от капсулы взгляда. — Ты хочешь подобающе его казнить. Что же, здесь тебе этого не удастся. Он жаждет той смерти, которую ты можешь ему здесь подарить. Выброси его на Пустошь, где он умрёт в какой-нибудь безымянной яме. Как и должен был, еще два столетия тому назад. Или от своего же творения — Горизонтов. Здесь он никогда не умрёт так, как заслуживает.

Я считала каждую секунду, пока компьютер минуту всё обдумывал.

— Это веский аргумент. За прошедшее время, было произведено множество имитаций его смерти, включая Проект Горизонты, и мы обнаружили, что причиняемая ему психологическая травма была весьма незначительной, это по крайней мере станет способом его казни. К тому же, возможная альтернатива его ничем не выдающейся смерти, как вы и сказали, будет очень кстати. — Очередная пауза. — Также, мы обнаружили в его мозговых волнах скачок паники на шестьдесят процентов, связанный с твоим предложением. Это новый рекорд. Однако, это по-прежнему не входит в граничные условия моей основной задачи.

— Вот здесь-то и вступает в игру твоя второстепенная задача. Ты полностью изучил его разум, но каковы шансы, что он держит при себе маленькую его частицу. Последний, маленький секрет. Не тебе-ли знать, насколько он умён.

Тень улыбки мелькнула на моём лице. — Отпусти его и наблюдай за его действиями. Узнай, что еще он может скрывать. Как прямой потомок министерской кобылы, я должна быть подходящим получателем любой добытой тобой информации.

И вновь очередная, длительная пауза.

— Интересно. Мне еще никогда не приходилось фиксировать, столь высокие показатели тревоги. Он приводит множество контраргументов против ваших, Палач. Также, он пытается нарушить исполнение моих программ и удалить протоколы открытия капсулы.

Вот оно! Я знала, что Голденблад всё-же нашёл какой-то обходной путь. Сейчас или никогда.

— Тогда выпусти его. Изначально, ты был из места, где лечили пони. Если у Голденблада и есть шанс на исцеление, то здесь он не сможет этого сделать. Сны и кошмары могут быть эффективны лишь до определённого предела. Позволь ему уйти и умереть так, как он этого заслуживает, или выздороветь, как и любой другой пони!

Ответа не последовало. Я ждала целую минуту, считая до шестидесяти.

— Компьютер? — Всё еще никакого ответа. Мои ушки слегка поникли. И тут, капсула издала шипение, выпуская отвратительно едкие газы. Не те, плавящие плоть испарения Розового Облака, но всё равно неприятные. Когда крышка капсулы слабо скользнула вверх, копыта Голденблада слабо пошевелились.

— Идёт процесс восстановления жизнеспособности пациента. Свяжитесь с Мин. Мира для получения медицинской помощи. Критическое повреждение данных программы. Проводиться удалённое перемещение к доступной мобильной единице. Удаление копытописной программы. Увидимся по ту сторону, — компьютер завис, а затем и вовсе потух.