Шрифт:
— А мы все гадали, что с тобой вдруг случилось. Ты бы у меня спросил, я бы тебе рассказала.
Они переглянулись и пошли по своим палатам. Работа есть работа.
Вера ждала его с ужином на столе. Он вошел в квартиру и испытал невероятное чувство комфорта. О таком только мечтать оставалось: возвращается он домой, а дома женщина, которую он безумно хочет, и ужин горячий и вкусный. И все хорошо, стабильно, буднично стабильно, но хорошо. И полная уверенность, что и завтра будет хорошо и стабильно. Короче, стабильное хорошо. И так хочется отблагодарить ее, чтобы ей тоже было хорошо, как в сказке. Ведь все хотят сказки, и его Верочка тоже. Наверняка хочет!
— Верочка, ты чего-нибудь хотела вот так сильно-сильно.
— Почему спрашиваешь?
— Подумал, то, что ты рядом, и есть то, чего хотел я уже много лет. И вот обрел. А ты чего хотела?
— Только не смейся. Я хотела танцевать. Можешь не верить, но очень-очень хотела. Так, чтобы легко, красиво, воздушно. Я даже во сне видела, как я танцую. Но моей мечте не суждено было сбыться.
— Почему?
— В школе, где я училась, был набор в группу народных танцев. Моя одноклассница пошла. А я договорилась с ней, что тоже пойду. Сказала бабушке, что все не просто так, что туда безумно трудно попасть, но Иркина мама договорилась, чтобы взяли Ирку и меня тоже. Если бы все было просто, то меня бы никогда не пустили. Вот я и придумала, что все по договоренности, понимаешь. Я так хотела на занятия, что решила прийти к Ирке на два часа раньше положенного срока. Просто чтобы не опоздать… Меня туда привела бабушка. Иркина мама сказала, что ни о чем не договаривалась, мой обман раскрылся, и в наказание мне запретили танцевать…
Саша подошел к ней и обнял за талию.
— Давай включим музыку и будем танцевать.
— Я не умею.
— Я тоже. Но разве это имеет значение. Нас никто не видит, и нам будет казаться, что мы летаем…
— Правда?
— Конечно, Верочка. Главное — то, что у нас в голове. У нас все получится, вот увидишь…
— Ты и правда — счастье…
Он смотрел в ее глаза и ловил неповторимый блеск, то, как менялось их выражение в такт музыке, расширялся или сужался зрачок, появлялась влага в виде слез, а потом блестела улыбка. Да, она действительно танцевала в душе… И он вместе с ней.
Наверно, она в самом деле могла бы танцевать, но какое это имеет значение теперь…
А Вера растворялась в его руках и в музыке. Их движения были никакими, они просто топтались на месте, но он держал ее так, что в душе она летала, видела свой танец в мечтах и именно с ним, всегда с ним.
Музыка закончилась, но продолжала звучать в голове. А он коснулся губами ее губ. Она позволила. Он буквально впивался в ее губы. Это так фантастически приятно сливаться с ним в поцелуе. Боже! Это ее первый поцелуй, вот тут он точно первый… Она отдалась чувствам, ничего не замечая вокруг, сосредотачиваясь только на ощущениях, на том токе, который пронизывал ее тело, она позволяла ему все, и ей не было ни капельки стыдно, вот совсем-совсем. А он целовал шею, грудь, и… Потом снова дорожка из поцелуев поднималась выше. Он покусывал кожу, но так, она даже не понимала как. Это нечто вроде наркотика, – пронеслось в голове, хоть бы не прекращалось… Пусть эта эйфория длится вечно…
Поцелуи и музыка, поцелуи в такт музыке…
Вот это танец! Это самый необыкновенный танец… И только их двоих…
Вот так осуществляются мечты…
Комментарий к Танец https://www.youtube.com/watch?v=XiIfvQKfff4
====== Может, лучше бежать? ======
— Я тут, Вера. Не надо разговаривать сама с собой.
— Я знаю, Саш, что ты тут. Удивляюсь этому, но с каждым днем все меньше и меньше. Наверное, привыкаю к твоему присутствию.
— Ну ничего, завтра я дежурю, отвыкнешь.
— В воскресенье?
— Да. А что?
— Не люблю, когда дежуришь в воскресенье.
— А я еще не дежурил в воскресенье, пока живу с тобой. Я еще ни одного воскресенья с тобой не провел. Мы начали совместную жизнь с понедельника. Так, все, собирайся, мы едем к маме.
Вера собиралась. Все валилось из рук. Колготки порвались, сожгла блузку, когда гладила, пришлось спрятать, а потом тихонечко выкинуть. Все время норовила заехать себе кисточкой с тушью в глаз. Приходилось умываться и краситься снова. Наконец, она была готова.
Саша читал на диване, пока происходил длительный процесс сборов.
— Я готова, — произнесла она почти шепотом.
— Вера, у меня пес есть, я тебе не говорил, но я скучаю по нему, может, заберем? — он с улыбкой восхищения смотрел на нее.
— Большой?
— Да. Семьдесят два сантиметра в холке. Кобель Афганской борзой.
— Красавец! Саш, у меня никогда не было животных.
— Приобретение, прилагающееся к мужу.
— Пес и свекровь.
— Пошли знакомиться, она уже заждалась.
Доехали довольно быстро. Поднялись на четвертый этаж. Двери открыла очень симпатичная пожилая женщина, пригласила их в дом.
Вера смущалась и краснела под ее взглядом, а та вела себя очень непринужденно. Спросила о специальности Веры, где и кем работает, сколько ей лет, почему до двадцати пяти замуж не вышла. Кто родители, где проживает, какая квартира. Услышав, что квартира досталась от бабушки и совсем отдельная в самом центре города, благосклонно улыбнулась. А потом случилось то, что просто сразило Веру наповал: Наталья Викторовна сообщила, что все для мантиков приготовила, что ее сын с Верой могут приступать.