— Знаю, все через «влип» проходили. Значит, ждем?!

— Прости, ждем.

Ждать пришлось совсем недолго. Парень как будто на реактивном самолете прибыл. Ну, суббота, утро — машин на улицах не так много.

— Проходи, Сережа, — пригласила Вера.

А тот в упор смотрел на Сашу.

— Я в другой комнате, мешать не буду, разговаривайте, — сказал Саша и вышел.

— Мой муж, — объяснила его присутствие Вера.

— Поздравляю.

— Так что у тебя?

— Да тут история такая приключилась. Я после того лечения все правила техники безопасности соблюдал, но был на дне рождения у друга, отмечали на даче. Пили, много пили. Проснулся не один, оба голые. А ее спрашиваю: «Было?». Говорит: «Было!». Я ее за шкирку и в диспансер, у нее только кровь взять успели, и она слиняла. Я сегодня пошел за результатом. Четыре креста. Я не поверил, вышел, решил, что это мне почудилось, что я вернусь, а там все чисто. Я снова вошел в лабораторию. Спросил результат. Четыре креста. Я прямо от них позвонил. Вот приехал.

— Круто ты меня заложил.

— В смысле?

— Звонил из лаборатории?

— Они что, всех венерологов знают? Вы же в институте.

— Ага, в головном учреждении. А то не знают. Ладно, проехали. Так что ты хочешь? Через две недели сдашь кровь, на другие инфекции возьмем мазки дня через три. Вот и все.

— Нет. Я хочу лечиться. Сегодня, сейчас.

— От чего?

— От сифилиса.

— А если ты не заразился? Ты вообще не уверен, был секс или не был. Ну на крайняк можно провести превентивное лечение, только после анализов.

— Нет, полное как при вторичном.

— Нерационально.

— Правильно. Я не уйду, пока не получу первую инъекцию.

Вера поняла, что правда не уйдет. И дело даже не в том, что он не уйдет, а в том, что он боится, ужасно боится, и снять этот страх можно только инъекцией антибиотика, только так он сможет дожить до завтра, а то есть до следующей инъекции.

Это было неправильно и правильно одновременно. И она, зная своего пациента, решилась. Получив свой антибиотик, он ушел домой, пообещав вернуться завтра.

Как только за ним закрылась дверь, в комнату вошел Саша.

— Я все слышал. Ты пойдешь у него на поводу?

— А что предлагаешь ты?

— Я бы подождал две недели.

— Он не собирается ждать. Он пойдет к другому врачу, а тот будет только рад такому клиенту, его можно лечить бесконечно, воздействуя на слабые места в психике.

— Но лечить здорового человека неправильно.

— Не прикидывайся идеальным. Ты ведь тоже тогда не стал Иванову смотреть. Или я ошиблась там с криминальным абортом, но вы никто не захотел руки об сифилитичку марать. Ведь так?

— Я пришел и посмотрел.

— Ты ко мне пришел, а не к Ивановой. И ее не смотреть, а выскабливать надо было.

— Будем ссориться?

— Нет, не будем. Просто каждый будет заниматься своим делом и не лезть к другому.

— Кстати, тут нам из ООН лекцию читали, так они вообще предлагают твой любимый сифилис лечить симптоматически. То есть приходит ко мне женщина на прерывание беременности. Я смотрю, а там эрозия. Характерная или нет, черт ее знает, но по анализам у нее все нормально. Я ж не знаю, может, и есть сифилис, только серонегативный. Я ее выскабливаю и назначаю антибиотик. Все, она не заразна. А партнер? А если он не один? Тоже неправильно. И отпускать ее просто убеждая, что Вы сходите, проверьтесь и т. д. — глупо. Не пойдет ведь. Она свое получила, от ребенка избавилась, и все. Не вижу я выхода. И одна инъекция?! Нет, не солидно.

— Да, ты прав, и проконтролировать нельзя. Ты ведь ее и не узнаешь даже.

— Нет, не узнаю. У меня в день знаешь сколько штук проходит?

— А штуками ты кого измеряешь?

— Замнем для ясности.

— Нет, не замнем. Я прекрасно знаю, что о тебе говорят. И твой ложный цинизм не приемлю. А о тебе говорят, как о хорошем враче, кстати, как об очень внимательном враче, выхаживающем своих пациентов.

— Лучшем! Я лучший, Верочка.

— Зазнайка.

— Так мы идем на рынок, или я доказываю, что я лучший?

— Идем на рынок, докажешь вечером, после ужина.

Вечером они почему-то вернулись к разговору о пациентах.

— Вераш, я думал весь день. Вот окажись я на месте этого Сережи, я бы тоже хотел лечения по полной.

— И как ты додумался?

— Я сначала про инструкции думал, а там не положено никакое лечение. А потом как бы в шкуру его влез. Это ж не жизнь под дамокловым мечом. Ты права, его лучше проколоть.

— И я бываю права?!

— Ты часто права. Прости. Я иногда сначала говорю, потом думаю. Я привык сам и привык полагаться только на себя. Я уважаю твое мнение, и даже если пылю, то потом думаю и принимаю его. Давай выключим свет и зажжем свечи, вино будешь? Завтра у нас еще один выходной, дождемся твоего Сережу и поедем в горы.

— Поедем. Красотища там!

====== Ах, какая шуба! ======

Вера собиралась на обход. Планерка закончилась, Даулет разговаривал в холле с каким-то мужчиной кавказской внешности. Но это было не ново, их к нему много ходило. Вообще клиентура коллег ее не интересовала. Равно как и их не интересовала ее клиентура. Существовало негласное правило: на бланках института заключения собственным клиентам не писать, а все остальное – твое дело. Нет, конечно, в случае чего, если непонятно, можно посоветоваться с коллегами, обсудить трудности в лечении, получить дельный совет и рекомендации. Так что все ничего, все нормально. У Веры уже тоже сформировалась своя небольшая клиентура, в основном, мужская. Женщины тоже были, но меньше, а вот мужчины ее уважали, причем молодые.