====== Еще одно испытание ======

Я уже неделю дома. Курсовую написала. Вера Алексеевна мне очень помогла. Думаете у себя дома? Нет. У него в том самом особняке. В своей спальне он за один день сделал ремонт и поменял мебель. Получилось мило. Такая чудненькая семейная спальня. Да и обои в цветочек меленький.

А была? Я не помню, какая она была, совсем не помню. Постельное белье все новое. Мне горничная показала упаковки, прежде чем постирать. Мне нравилась наша спальня. Я дом осматривать не стала. Находилась в гостиной на первом этаже, да в спальне, а еще на кухне. Вот там был настоящий кайф! Просто неповторимый! Одна варочная поверхность с семью конфорками чего стоила, а еще набор посуды…! А сковородки! Казаны! Короче — готовь — не хочу. Но мне пока не разрешали, а так хотелось… у меня все нормально. Сыночек шевелится и по печени стучит. Что еще надо? Кира приезжает почти каждый день. Мы еще больше сблизились после того дня. А настоящая подруга ох как нужна. Почти как мечта.

Так вот сегодня наша повариха вся изнервничалась. Не успевала она. А мой Володечка ждал гостей. Правда меня о том, что будут гости он не предупредил, я от поварихи и узнала. Кого ждал, она тоже не знала. Мило потрепала она меня по щеке и сказала, что о таких вещах хозяева не докладывают. Ладно, поживем – увидим, а может и не увидим. Если кто-то из деловых партнеров, то не будет же он им любовницу показывать и представлять не будет. А вот поварихе я решила помочь. Чистила овощи и нарезала, и салат решила сделать. Пусть его даже к столу не подадут. Тут наверно такие салаты не в чести, но мне очень его хотелось. Вот я и решила сделать. А потом я картошку чистила для гарнира к мясу. Вот, была вся при деле и скучать мне сегодня не приходилось. Надо будет отпроситься в институт, я здорова, пусть с охранником, но посещать занятия я должна. И учиться должна, и получить специальность, и работать потом буду. Вот обязательно буду.

Я положила свой готовый салат в салатницу. Повариха попробовала и сообщила что очень вкусно, и что она его обязательно к столу подаст. Потом я посмотрела кино. Но девать себя было совсем некуда, вечер почти наступил. Горничная накрывала на стол в столовой, а я ей помогала, расставляла тарелки под ее контролем и фужеры, и вилки, и ножи, и слушала что для чего предназначено. Я была в домашнем платье и фартуке, на ногах тапочки-шлепки. Думала, что времени уйти в спальню у меня валом, так что все успею. На вечер запланировала разговор по скайпу с бабулей, и с мамой, если получится. Младший у нее не спокойный, почти все время на руках. Так что ей и поговорить со мной некогда, а помирились мы давно, еще я в больнице лежала. Мама же она мама.

Поссорились, помирились делов-то! Роднее и ближе все равно никого нет.

Я подпрыгнула услышав незнакомый женский голос. Уж больно плохо я последнее время относилась к незнакомым женщинам.

— Саша, у него новая прислуга, посмотри девочка совсем.

Я обернулась на голос, чтобы поздороваться, и увидела незнакомых пожилых людей. Мужчину и женщину.

— Здравствуйте, — несмело произнесла я.

— Здравствуй, ответили они одновременно, но потом сразу заговорила женщина.

— Саша, тут что-то не то. Она глубоко беременная, — а потом сразу обратилась ко мне — тебя как зовут?

— Маша. Мария.

Я совсем растерялась, а мужчина взял свою спутницу под руку и провел в следующую комнату. Помогать горничной больше не хотелось и я пошла в спальню.

Я валялась на кровати с ноутбуком, когда Володя вошел в комнату в сопровождении той пары. Я вскочила быстро, как могла. И отдернула платье. Тапочки не нашлись и я стояла с вытаращенными глазами и босиком.

— Привет, дорогая! Познакомься, это мои родители. Папа — Александр Сергеевич и мама- Валентина Михайловна. А это моя Маша. Я думаю, что вы должны были узнать друг друга до рождения вашего внука.

Я улыбнулась и проговорила.

— Очень приятно.

Его отец в ступоре разглядывал меня, а мать закипала. Причем прямо как чайник, то есть по ней было видно как внутри ее все взбудораживается, возмущается, кипит и уже почти готово выплеснуть наружу. И оно свершилось, то есть она заговорила.

— Вовка, сколько ей лет? Ты с ума сошел! Как ты мог? Зачем ты привел ее к себе в дом? Вова, объясни мне, что теперь делать?!

— Мама остынь. Я люблю ее, ей девятнадцать. Она совершеннолетняя.

— Любишь?! А Иру ты не любил в девятнадцать, потом Катю, Веру, Галю без которой ты жить не мог? Правда Галю резко сменила Виталина и ты женился. Кстати, насколько я понимаю, ты до сих пор женат. А теперь ты представляешь нам мать своего ребенка, девятнадцатилетнюю девочку, ты уверен, что это не охотница за богатством и вообще это твой ребенок?

Но я ее не слышала. В голове стучало, Он не мог жить без Гали, то есть без моей матери! Боже, я была права и что мне теперь делать? Он любит не меня, а ее. Просто подменил ее на меня и все. Надо бежать и, чем скорее, тем лучше. Только вот куда бежать? Где спрятаться от него, от его жены, его родителей, и главное от себя самой?! Я не знала, что мне делать, но главное было бежать.

— Мама, прекрати, пойдемте в гостиную, и давайте не будем расстраивать беременную женщину, только что выписавшуюся из больницы. А ты опять куда намылилась? Маша, ты со мной и всегда будешь со мной. Они просто не знают тебя, узнают и полюбят. Я же люблю…