— Хорошо.

— Да, — я согласилась. Потому, что это было движение, и как я думала вперед. Простое бездействие и ожидание меня убивали. Хотя я и жить то не хотела без моего мальчика…

Она вошла. Да, за те несколько месяцев, что мы не виделись, она сильно изменилась. Осунулась, постарела, и да, у нее был живот, не большой, месяца на четыре, но был, то есть она действительно была беременна.

— Здравствуй, Маша.- Сказала она войдя.

Я жестом показала на диван, она села. Я устроилась в кресле. Андрей расположился на равном расстоянии от нас обеих.

— Маша, я хочу сказать. Повиниться, наверное.

Я не выдержала, мои глаза загорелись, я подумала, что все решилось. Вот так в один момент.

— Вы решили вернуть мне сына? — на моих глазах блестели слезы.

— Если бы я знала где он, я бы вернула. Не я это сделала. Сожалею, я искренне сожалею, но это не я. Я хочу повиниться в другом.

— У меня внутри все упало, слезы застлали глаза и я разревелась.

— Зачем ты пришла, если не знаешь где он? Зачем?! Мне ведь больше ничего не интересно и ничего не нужно, только мой сын, понимаешь?! Да разве ты поймешь!!!

— Пойму! Я мать, — она жестом показала на свой живот, — у меня там сын. И то, что я делаю, только ради него. Я изменилась. Да изменилась, потому, что материнство меняет. Потому, что когда тошнит и рвет и кружится голова и мушки мелькают перед глазами, а тебе все равно, что с тобой происходит, потому, что живешь не ради себя, а ради своего ребенка ты меняешься. Вот и я изменилась.

Я смотрела на нее и понимала, что она говорит правду.

— Если ты не знаешь ничего, то в чем тебе виниться?

— Я планировала похищение.

— Стоп! Это уже слишком, — вмешался Андрей.- Виталина, я сейчас приглашу, Федора и господина Субботина, при них и поговорим.

Она улыбнулась горько так, но согласилась.

Ждать пришлось долго, пока они доехали прошло часа два. Володя просто ворвался в дом и чуть не кинулся на Виталину с кулаками. Он бы и кинулся, потому, что весь его вид выражал это. Но Федор схватил его за плечо железной хваткой.

— Я был в Италии, я был в твоем доме, где ты была?

— Летела сюда, переночевала в гостинице. И приехала к ней, — она показала на меня рукой.

— Где мой сын?

— Я не знаю!!! Володя, я пришла помочь! Я долго думала и сомневалась, я ненавидела тебя, а ее — она снова показала на меня,

Посмотри, что у нее есть кроме горя? Любовь к тебе? Нет, она уже не так важна для нее. Важен только сын.

— Что ты хочешь за информацию? — спросил мой Володя.

— Ничего. Я дам тебе развод. Оставь мне что-то, чтобы я могла жить, выучить и вырастить моего ребенка.

— Какого ребенка? Опять ты врешь?

— Нет. Я беременна. Представляешь? Да, так получилось. И самое удивительное, что он перевернул мою жизнь, мое мироощущение и изменил мои ценности. А еще он единственная родная душа мне, на этом свете. Кроме него у меня никого нет и уже не будет. Мужчины приходят и уходят, оставляя боль и раны на сердце, а я ведь человек. Какой бы паршивой я не была. Я человек и мне согреться нужно у родимой души. А кто может быть ближе собственного сына? Вот ты никогда не задумывался об этом, Володя. А Маша да. Она эти истины точно знает. Потому, что понять можно только став матерью.

— От кого у тебя ребенок?

— От Кости. Он предал меня.

— Да знаю, что предал. Ты ему, за какие такие заслуги сорок процентов акций отписала?

— Дура потому, что. Поверила в любовь. Представляешь, на старости лет. Думала он предан мне, а его интересовали только деньги.

— Он приходил ко мне предлагал купить эти акции.

— А ты?

— Меня они больше не интересуют.

— Потому, что ты разорил компанию? Потому, что оставил меня без средств? Я подняла банковские переводы, ты перечисляешь деньги с какого-то другого счета. Я консультировалась и выяснила, что я теперь содержанка. Ты хочешь, ты даешь мне деньги, а не хочешь, нет.

— Вита, давай ближе к делу. Каков был план похищения.

— Хорошо. Мы в роддом подослали девочку, медсестру. Она должна была работать до родов Маши, а потом вынести младенца из больницы. Костя подыскал женщину, которая была готова взять на себя уход за малышом. Затем мы хотели немного подождать, чтобы нервы были на пределе, а затем предъявить требования. Первое — Ты должен был расстаться с Машей. Второе- вернуться ко мне, и мы бы вместе воспитывали ребенка. Тогда я думала, что она молодая, еще родит. А мы сможем быть семьей. Потом узнала, что накладной живот носила зря. Я стала матерью. И когда я поняла, что все мысли только о ребенке, я отказалась от плана похищения. А он меня избил и ушел. Мы с сыном выжили, хотя было тяжело. И только когда ко мне пришли из полиции и сообщили о вашем горе, я поняла кто и как это сделал.