– В первой комнате надо сделать пропускной пункт, - выдал лейтенант, явно, ну слишком явно проверяя ее реакцию.

Доктор с трудом сохранила серьезное выражение лица.

– Естественно, - ответила она, стараясь не улыбаться.
– В госпитале, в котором я подрабатывала, была такая система, что пока открыта входная дверь - не открывается внутренняя. И полицейские сидели не только между ними, но и в холле. Мне кажется, что это вполне разумно . Но, конечно, я не настаиваю. Вы в этом понимаете больше.

Лейтенант медленно, словно у него шея затекла, кивнул. Кажется, о чем-то договориться они все-таки, смогли.

– А вы не знаете, почему это место не пользуется популярностью? Я имею в виду, почему тут помещения пустыми простаивают?
– бросила она пробный шар, проверяя, показалось ей или нет.

– Здесь в последнее время много ак...
– Дем осекся, словно споткнувшись, - наших селятся. А им дешевые бары и интим-салоны ни к чему.

– Поня-атно, - протянула Вейр, натягивая перчатку на руку.

Две хорошие новости. Первая, парень сдает назад и с ним действительно можно договориться. Вторая: и так не слишком высокую стоимость аренды вполне возможно еще чуть-чуть снизить. А разумная экономия, как известно, основа успеха любого бизнеса.

***

Дем таращился в потолок, на котором, как приклеенные, висели пятна света, пробивающиеся в щель под дверью. Глаза от бессонницы высохли и горели, словно кто-то умный кругом перец рассыпал. Но и закрыть он их не мог. На той стороне век, в темноте, его поджидал дьявол. Мудак соскучился и явно намерен был исполнить для парня новую программу. Участвовать в которой лейтенант не желал.

Мысли то и дело малодушно соскальзывали в колею «рука-тумбочка-оранжевый пузырек». Хотелось попробовать докториценного зелья, очень хотелось. Но вполне возможно, что снотворное... А, нет - «успокоительное», вот как. Словно он нервная дамочка, успокоительное жрать. Дем усмехнулся - надо же такое придумать! А говорила, что не кретинка. Только полная дура могла такое предложить. Ему - успокоительное... Уржаться.

Только вот как эти пилюли не обзывались, они могли вполне запереть его в темноте. И вместо того, чтобы избавить Дема от дьявола, преподнесут ему лейтенанта упакованным и перевязанным ленточкой. Такое тоже бывало. Перепив, он засыпал, как вырубленный. И шоу «Выбей из мальчика дерьмо» становилось особенно красочным.

Но и дальше таращиться в потолок сил уже никаких не было. Гребанное противоречие - хотеть спать до усрачки и мучиться бессонницей. Добро пожаловать в нашу реальность! Здесь вас вывернут наизнанку и ласково укроют собственными кишками. А еще у нас есть пончики...

Дем перевернулся на бок, сунув руку под подушку. Теперь у него появилась шикарная возможность таращиться на полоску света под дверью.

Плюнуть что ли на все, прекратить заниматься мозговым онанизмом и набросать примерный план, чего и сколько ему понадобится? В общих чертах систему безопасности он накидал. И Тир ее одобрил, даже без серьезных правок. Впрочем, он может это не от избытка доверия, а потому, что сам помятым выглядел. То ли тоже не спит, то ли проблемы капитана одолевали. Хотя у кого нет чертовых проблем?

Или сожрать пару колес? Докторица, вроде как, со знанием дела говорила. Видать, у нее собственный дьявол имелся. И, может, покруче, чем у него. Устроила из квартиры гребанное кладбище. Платьице-то в детской чистое было. То есть, она его стирает и обратно вешает. А бельишко кружевное, которое она, видать, для своего супружника одевала, пахло, как давно валяющаяся тряпка. Наверное, с тех пор ни-ни, монашествует. Шиза? Да полная.

Но есть в докторице что-то такое... прикольное. Там, в квартире, она же перепугалась его до мокрых штанов. Как будто он не просто рядом встал, а собирался ее растянуть прямо на ковре. Но оправилась быстро. Даже лекцию ему прочитала о взаимовыгодном сотрудничестве. Но, видать, действительно не дура. В дело, в котором ни хрена не понимает, не лезет. Мол, ты главный - ты и решай. Хотя, может это она тоже так... Чтоб он расслабился, а потом... А что потом? Да хрен знает! Кто этих баб разберет?

Он перевернулся на спину, положив руку под голову. Нет, с этим надо что-то решать. Или вставать, или спать. Время то уже... Дем покосился на часы. Охренеть! Два часа дня. Мило.

Полоску света под дверью закрыла чья-то тень. Там, в коридоре, кто-то явно стоял. Лейтенант, стараясь не шуметь и даже дыхание задержав, медленно вынул руку из-под головы и снова сунул ее под подушку, нащупывая рифленую рукоять.

В дверь тихо и как-то нерешительно постучали.

– Да?
– подал голос лейтенант.

– Э... вы не спите? Или это я вас разбудила?

Та-да-да-дам! Дева из наших грез сама явилась к нам в два часа дня. Не иначе как в черных чулочках и на охрененных каблуках.

– Не сплю.

За дверью помолчали.

– А... А можно я войду?

Дем пожал плечами, как будто она могла это видеть. Не увидела, судя по тому, как колыхнулась тень. Наверное, с ноги на ногу переступила.

– Ладно, я тогда вхожу!
– оповестила его докторица.

И действительно вошла, аккуратно прикрыв за собой дверь. Вид у нее был... забавный. Не черные чулки, конечно, но тоже ничего. Босая, в халате, с растрепанными, словно она усиленно ворочалась, волосами. Мечта любого мужика!