Приладила свою стрелу Забава, да и выстрелила новому разбойнику в ногу, а, потом, ещё не колеблясь, и руку прострелила. Мы-то люди мирные, а царству на рудниках люди всяко нужны.

— Ты это, поаккуратнее, — попросила сиротку, а то мне ж потом лечить.

— Вот, еще. Они мне жениха попортить хотят, а я должна церемониться, — подмигнула в ответ девка.

Тоже верно. Прицелилась и кинула снаряд с перцем в разбойников, словно тараканы ползущих из люка. Пусть Гред и не мой жених, но обидеть его никому не дам.

Мало-помалу, но с Забавыной помощью, поток разбойников иссяк. Пятеро матеря нас, остались на чердаке, а остальные сбежали. Правда, целых среди них никого не осталось. Кто чихает, кто чешется, а кто раны от стрел да мечей зализывает.

Словно куль с собственными травами свалилась вниз, пока передышка появилась.

— Ерёмушка! — точно от Забавы заразилась, запричитала я и кинулась к купцу.

Если честно, то скорее кряхтя и потирая поясницу, похромала к молодцу, но это к делу не относится. Важнее то, что у него левое плечо его было сильно задета вражеским мячом. И теперь он стоял бледный, сжимая рану другой рукой.

— Чем связывать пленников будем? — спросила деловым тоном сиротка.

Глянула на нее через плечо, тоже белее снега, но в сторону Еремея, только поглядывает, знает, что я лучше сама справлюсь. — У меня ленты для волос есть, подойдут? Дальше к разговору прислушиваться не стала, а усадила купца прямо на пол, да промывать рану начала.

— Как он?

— Жить, любить, страдать, жениться, детей растить, да стареть будет, — бодро пообещала подошедшей подруге.

Сначала я волновалась, что кость задета, но оказалось все не так страшно.

— Да лучше б сдох, — прокомментировал услышанное один из пленников. Хотела последнюю с моим составом бомбочку кинуть, да в последний момент пожалела. Пусть языком чешет, пока есть.

И тут произошло то, что никто из нас не ожидал.

Князь, связывавший последнего, казавшегося без сознания, разбойника повернулся к нам, чтобы что-то сказать, да не успел, потому что тать вскинул руку с ножом и полоснул прямо по лицу.

Кровь алым водопадом залила сначала глаза, а потом и все лицо богатыря, а князь, словно ничего не случилось, повернулся назад, и не видя ничего, я в этом уверена, стукнул кулаком. Если не вышиб дух, сама добью, вот честно!

Вот теперь я действительно кинулась, подхватив с пола сумку.

Словно почувствовав мое настроение, Ольгред сказал:

— О милая девица, позволь мне поцеловать уста твои сахарные перед смертью!

Руки дрожать перестали, да и дар речи вернулся мгновенно.

— Вот еще! — фыркнула в ответ. — Не хватает и мне замараться. Ты себя видел? — мне улыбнулись залитыми кровью губами. Вышло жутковато, но почему-то успокаивающе. — Вот царевну найдем, она тебя зацелует.

Говоря это, осматривала рану. Н-да, начинается над левым глазом рассекая бровь, и заканчивается чуть ниже уха. Видно князь, все же смог немного увернуться иначе без глаза остался. Да и шрам только возле брови будет, так что можно сказать, легко отделался.

Осторожно присыпала рану тысячелистником, да сквозь пальцы магию свою пропустила, ускоряя процесс заживления. На глазах кровь остановилась, да края друг к другу потянулись. Пусть сразу все и не заживет, но к завтрашнему утру только тонкая ниточка шрама останется, а повезет, так и ее не будет.

А на востоке-то уж зорька занялась. Вон как небо в маленьком окошке посерело.

— Надо торопиться, — глянув в окно, обнадежила своих друзей. — Действие моего состава вот-вот проходить начнет и злых дядек — разбойников прибавится.

Мужики наши переглянулись.

— Уходим? — спросил князь Еремея.

— Недалеко и не надолго? — ухмыльнулся в ответ, что-то понявший купец.

Мы же с Забавой лишь пожали плечами. Им виднее. Сейчас пристанешь с вопросами — время потеряешь, да и планы свои раскроешь.

Наскоро осмотрела раны наших пленников, кое-какие обработала, чтобы кровью не истекли горемычные.

— Идем?

Первой на балку взлетела наша охотница, да мне руку подала, а князь Еремею помог.

В том же порядке вылезли на узкий карниз. Только Гред остался вход запереть, чтобы пленников наших не поразвязывали. Как он это делать собрался, не спрашивала, только уже вылезая в окошко заметить, успела, князь две половинки люка вместе складывает, да разбойников к нему подтаскивает. Неужто хочет от бандитов их же соратниками прикрыться?

А до земли-то далече. Как спускаться-то будем?

— Предлагаю спрыгнуть, — с сомнением в голосе сказала Забава.

— Я тебе спрыгну!

Осторожно, стараясь не смотреть, вниз продвинулась до угла. Крыльцо, с покатой крышей. Если повиснуть на руках, можно и спуститься, вот только Еремей сейчас не сможет это сделать.

— Разбойников ждем? — осведомился, показавшись в окошке, князюшка.

— Нет, пока крылья отрастут, а то летать научиться все времени не было, — рассеяно ответила, примеряясь и так и этак к крыльцу.