А потом кое-что произошло… Изабелла спокойно занималась в зале своими упражнениями, а я качал пресс… немного необычным способом. Я вывесился из балкона, закрепив ноги так, чтобы освободить их без помощи Силы было нельзя, и, вися вниз головой, совершал подъёмы. Так как это был не первый раз, когда я так упражнялся, проблем не было. У меня. Зато некоторые люди внизу уж очень бурно реагировали на мои упражнения…

Итак, я спокойно качал пресс, вися на уровне четвёртого этажа. Высоты я как-то не особо боялся, так что ничто не мешало мне смотреть вниз. Так что я очень даже оперативно увидел пожилого человека, который шёл к дому в сопровождении подозрительного вида седой тётки постпенсионного возраста. Аура пожилого была знакомой — всё же, это был мой отец — точнее, отец здешнего Алексея. А вот тётка… В ней бушевал такой ураган яда и ненависти, что мне аж противно стало. Я доделал упражнение, вернувшись на балкон, после чего вышел в прихожую. По моим данным, отец и тётка должны были подняться в течение минут так пяти-шести. Так что у меня было время привести себя в порядок и на всякий случай положить в карман меч.

Отец отпер дверь. Я ждал их, стоя в прихожей.

– Кто это? — визгливым голосом спросила тётка.

– Не обращай внимая, Алла. Ты же знаешь моего сына…

– Так я думала, его здесь не будет уже…

– Значит так, — сказал я, недовольный тем, что обо мне говорят, как о мебели. — Вы кто такая? И что здесь делаете?

– Алексей, я принял решение жениться на тёте Алле, — сказал отец, каким-то нехорошим голосом.

Господи! Вот только таких штучек тут мне не хватало… Ну, ладно…

– Папа, ты не хочешь общаться с этой нехорошей тёткой…

– Я не хочу… — но договорить он не успел — тётка резко дёрнула его за руку, выводя из-под моего воздействия.

Ну, это уже просто некрасиво… Ладно, по-хорошему мы не хотим, а вот по-плохому…

Тётка поднялась в воздух — и её буквально вымело из квартиры. С пятиэтажным матом она, не касаясь ступенек, пролетела через все этажи и мягко опустилась перед дверью подъезда. После того, как она закрылась.

– Папа, ты на самом деле не хочешь встречаться с этой гадиной. Она на самом деле очень нехороший человек.

– Не надо вмешиваться в мою жизнь!

– Ох… Как же тяжко с тобой… Ты слышал, как она про меня гадости говорит?

– Да не говорила она ничего…

– Говорила…

Тем временем ожил домофон. Отец было хотел ответить, но я успел опередить его, схватив трубку и сказал:

– Пошла вон!

После того, как я повесил трубку, домофон снова начал надрываться звонками. Ну, достала… Я разбежался, на выходе на балкон прыгнул — и стрелой вылетел из открытого окна. Нет, летать я, конечно, не умел, да мне это было и не надо. Я плавно, благодаря Силе, опустился перед Алкой. Вид у меня, думаю, был шикарный — футболка, шорты — и босые ноги. Зато с мечом в руке. Правда, Алка была не в курсе, что это у меня такое. Я успел просканировать её разум ещё в тот момент, когда выносил из квартиры. Она была сумасшедшая. Её переполняла ненависть. Ненависть ко мне — за то, что не дал заполучить моего отца, ненависть к моему отцу — за то, что ничего не вышло. Ненависть к себе — выяснилось, что она жила в очень плохих условиях. А ещё от неё воняло. Она не мылась, как минимум, месяц, причём без разного рода уважительных причин. Она просто не любила чистоту…

– Если ты ещё раз приблизишься к моему отцу, я тебя, сука, на ремни порежу! — рявкнул я, активируя свой меч.

Разумеется, лицо я в этот момент сделал самое страшное, какое только смог. Попутно я внушил этой тётке, что она сейчас перед собой видит нечто до такой степени страшное, что не в состоянии передать это словами. Кажется, снова переборщил — от тётки начал распространяться отчётливый запах мочи. Ну, ладно…

– Пошла вон! — заорал я, подталкивая её при помощи Силы.

Разумеется, никакой ненависти к ней я не чувствовал — это просто был озлобленный на весь мир человек. Только помогать ей было уже бесполезно — она не просто не понимала, что такое добро — она сама стала Злом. Она отравляла своей ненавистью всё, к чему прикасалась. И это было печально…

Вернув меч в карман, я подошёл к стене дома, мысленно измерил расстояние до нашего балкона (четвёртый этаж), и прыгнул. Сила донесла меня до оконного проёма, в который я просто влетел. Отец смотрел на меня, как на нечто из другого мира.

– Ты… Как ты это сделал?

– Научился. Я долго учился этому.

– Но как? Где?

– Учился хорошо, у хорошего сенсея. И разговор на эту тему закрыт. А эта девушка — Изабелла. Мы встречаемся.

– Это хорошо…

Конечно, отец был очень сильно удивлён изменениями, которые произошли со мной, по его мнению. Но это были не мои проблемы. А мы с Изабеллой продолжили наши тренировки. Отец как-то раз очень сильно удивился, когда увидел, как обед фактически готовит себя сам… Просто Изабелла в это время сидела в комнате, на диване в позе лотоса, с закрытыми глазами — и готовила обед. Девушка в самом деле стала достигать больших высот в концентрации Силы.

Я немного торопил события, так как в лаборатории всё шло к тому, что очень скоро там понадобилось бы моё присутствие. Просто модель в 3D построить всё же удалось. Инженеры поняли, как именно надо строить сам гипердвигатель. И теперь проект первого звёздного корабля выходил на финишную прямую — осталось начать воплощать этот амбициозный проект в броне, металлопластике и керамике.

– А куда мы всё это будем устанавливать? — обратился ко мне один из инженеров. — Кораблей-то самих у нас нет…

– У меня есть одна идея, — сказал я. — Сколько было построено «Буранов»?

– Кажется, полностью готовый, был только один… Я точно не знаю, надо уточнить… Но один точно — стоит в Казахстане…

– В общем, дела такие — нужны два «Бурана». Потому что это — фактически готовый корабль. Надо всё устанавливать на него…

– А почему именно два?

– Да потому, что, например, уйдём мы в прыжок куда-нибудь… да хотя бы к Марсу — а у нас что-нибудь откажет. На чём вызволять нас будете?