– А...понятно...простите, что спросила, – девушка закусила губу.

– Ничего. Не знаю, зачем вообще пошел туда...

– Я тоже иногда не понимаю, почему делаю многие вещи. Просто иногда возникает чувство, что именно так и никак иначе нужно поступить, и от этой мысли уже не отделаться. Как бы я не старалась, но если я не сделаю этого, то буду жалеть еще больше. Может вы все таки должны были туда пойти, чтобы убедиться в чем-то. Так что никогда не думайте, что потратили время зря.

– Я скорее еще больше запутался, – задумчиво сказал Шуга.

– Это пока что. Наверное, вы просто еще не поняли того, что нужно было понять.

– Звучит сложно.

– А когда жизнь была простой штукой?

– Никогда.

“Я могу никогда не напрягаться. Смотри, как хорошо я живу без этих офисов и студий”, – всплыли в его голове слова Сольхи. Как же. Она-то может и никогда не напряглась, никогда не думала. А Рия постоянно работала и в свои двадцать понимала, на сколько прогнил этот мир. При чем не первый год понимала.

– Мне туда, – Квон внезапно остановилась перед одной из дверей.

– Хорошо, пока.

– Досвидания.

И она исчезла за дверью.

– Чимин, какое сегодня число?!! – спросил Юнги, влетев в общежитие.

– Господи, хён, напугал, – Пак, который стоял около раковины и мыл себе яблоко, чуть не выронил фрукт. – Пятнадцатое, а что?

– Блин, почему не тринадцатое! – Шуга упал на диван и прикрыл глаза рукой. – Я бы свалил все на это!

– А что такое? – Чимин сел рядом и протянул парню еще одно яблоко.

– Когда человек делает то, что по идее вообще не хотел делать, а потом еще и ломает свой привычный образ жизни нахер, при этом в итоге испытывая гордость от всего, что только что сделал. Это как, черт возьми, называется?! Что за мазохизм из меня прет, объясни мне!

– Хён, хён, ты чего? – Чимин тронул Юнги за плечо. – Ты пил что ли?

– Да, но не в этом дело.

– Не, тебе бы сначала протрезветь.

– Я же сказал, не в этом дело.

– Ну это только тебе так кажется.

– Думаешь? – спросил Шуга, покрутив в руке яблоко. – Мне кажется, что мне снова шесть. Я за последние десять лет столько не носился.

– Ну, обычно люди меняются в трех случаях, – Чимин показал Юнги три пальца. – Первый – смерть, второй – новый враг, третий – любовь.

– Какой журнал сегодня читал? – саркастически спросил рэпер.

– “Обрести свою тайную сущность”, но это нам под дверь кинули.

– Ага, как же.

– Смотря на тебя, хён, я думаю, что это.., – Чимин покрутил пальцем в воздухе.

– Что? – выпрямился Юнги.

– Алкоголь.

– Блин, а я на что-то еще расчитывал.

– Хён, я серьезно, – нахмурился Пак. – Тебе нужно протрезветь. Когда взглянешь на все свежим взглядом, то окажется, что ничего и не было.

– Уверен? – Юнги уже становилось вяло и хотелось спать.

– Да, – закивал Чимин. – И проспись.

– Может и нужно так сделать, – Шуга пожал плечами и пошел в свою комнату. Там он плюхнулся на кровать камушком и перевернулся на спину.

– И что сегодня за день? – спросил он сам себя и со вздохом закрыл глаза. Сон пришел моментально. И не стало ничего, кроме смутных образов, витавших в сознании парня. Они проскакивали мимо него, так и не решаясь показать лицо. Просто были люди, которых он когда-то видел, но сейчас был не в состоянии узнать. А пока весь этот маскарад кружился вокруг парня, где-то далеко звучала знакомая мелодия. Комментарий к Часть 43. Симфонии моей жизни. Случилось много чего.