– Эй ты, – окликнул его водитель. – Выметайся, приехали.

Выбираться из машины со скованными руками было неудобно, и Локи, споткнувшись о «дружелюбно» подставленную ногу, едва не упал. Сопровождающие с готовностью заржали.

– Парень, до тебя что, доходит слабо? Давай, двигай! – Пожелание было подкреплено тычком. Силу пробуют, понял Локи, пока нерешительно, но скоро войдут во вкус.

– Куда? – Бежать смысла не имело, их четверо, плюс машина. Он – один, плюс наручники.

– Куда скажут, – ответил балахонник, – туда и двигай!

Логично. Воспользовавшись случаем, Локи осмотрелся. Знакомое место.

– Давайте его сюда, хозяин говорить желает!

Не дожидаясь следующего тычка, Локи зашагал на голос.

Это место нельзя было не узнать: стволы-колонны, высокая трава и пушистые листья, полуразвалившаяся деревянная постройка и несколько простых крестов, тоже деревянных. Чертово кладбище.

– А где?.. – На поляне стоял только джип, «уазика», в котором ехал Локи, не было.

– Не волнуйся так, они чуть попозже подъедут, – «утешил» меня Захар. – Мы ж еще с тобой не договорили, правильно?

Неправильно, в корне неправильно, я не хочу ни разговаривать с Захаром, ни выслушивать его откровения, ни вообще видеть его!

– Не боитесь, что милиция нагрянет?

– Не нагрянет. У нас ведь принято считать, что дважды в одно место молния не попадает.

Вот тебе и страшная сказка о Гаммельнском крысолове! Я жаждала убежать отсюда как можно дальше, от этого места, от людей в черных балахонах, от Захара, но покорно шла за ним, словно волшебная дудочка сегодня играла только для меня. Руки свободны, ноги не связаны, ближайший ко мне мрачный сопровождающий (если не считать Захара) метрах в десяти, вполне можно попробовать дать деру.

– Ну и куда ты побежишь? – ласково спросил Захар. – Здесь лес кругом, до города – несколько километров, а у ребят – мотоциклы и машина. Играть в погоню им нравится, они же молодые, азартные. Не спорю, шансы у тебя есть, крошечные, но есть. Только, доченька, подумай: если ты попытаешься сбежать… и, когда мои ребятки тебя поймают, уж не обессудь, заступаться не стану. Разве что попрошу, чтобы до конца не убивали. Надо же что-то и для общего круга оставить.

– Общий круг?..

Спокойное предупреждение Захара возымело свое действие: все мысли о побеге из моей головы вымело моментально. Более того, мышцы стали как ватные, я и шла-то с трудом, куда уж тут бежать.

– Общий круг. Общий сбор. Шабаш. Называй, как тебе больше нравится.

– И в честь чего?

– Ну… Глупые вопросы. В честь твоего дружка, естественно. Я все еще надеюсь, что у тебя хватит ума не играть в жертву. Поэтому – пока только в его честь, как-никак, он – мой старинный враг, сын врага, внук врага, правнук и так далее. Почти двести лет в кошки-мышки играем. И вот, я победил.

– Ты хочешь не просто убить его, а…

– Правильно мыслишь, дочка. Жертвоприношение. Во-первых, раз уж мы начали играть в сатанистов, то следует придерживаться установленных правил, а во-вторых, имеется и гораздо более прозаическая причина. Нельзя держать на коротком поводке волка и не кормить его мясом. Я вот своих волчат регулярно прикармливаю, и они это ценят!

– Вы – псих!

– А ты – романтическая дурочка! – Захар обернулся, и неожиданно толкнул меня в грудь, я едва удержалась, на ногах. – Думаешь, пуля в голову – и конец? Нет, смерть его будет ужасна! И не потому, что я так хочу – обряд требует. А у тебя два варианта: либо с ним, либо со мной. И второго шанса, возможности передумать, не будет! – Отчим успокоился так же быстро, как и разозлился, и, мило улыбнувшись, подал мне руку. – Ну, проходи, деточка, чувствуй себя как дома!

Мы находились во внутреннем дворе старой церкви, в там, где, по преданию, расстреляли сначала монахов, потом раненых, а потом и немцев. Однако никаких следов былых зверств я не увидела: развалины снаружи, развалины внутри. Та же трава, высокая и влажная от вечерней росы, те же стены, пахнущие многолетней сыростью, зеленые разводы плесени на гниющем дереве и внушительная дыра прямо под моими ногами. Не совсем дыра, дыра бывает в штанах или в кармане, а тут – лаз, пещера, не знаю, как правильно.

– Давай, давай, – меня подтолкнули в спину, не слишком, надо сказать дружелюбно.

Я осторожно подошла к дыре. Вниз вели ступеньки, старые, как и сам деревянный монастырь. Одна, две, три, четыре… Ступенек было много, я сбилась со счета, а они все не заканчивались и не заканчивались. Я шла, держась за стену, перила на этой странной лестнице предусмотрены не были. Под рукой – не земля. Землю я хорошо знаю на ощупь, она мягкая, мокрая или сухая, но все равно живая, а здесь – холодная скользкая поверхность, шершавая и совсем мертвая, наверное, старая кладка, даже не монастырская, а сделанная раньше, гораздо раньше.

– Это остатки древней крепости, – подтвердил Захар, идущий следом за мной. – Монастырь построили на ее фундаменте. А в старых фундаментах много интересного можно отыскать. Я, честно говоря, случайно на эту нору наткнулся, еще когда в школе учился. Красная дружина, поиски не захороненных останков советских солдат времен Второй мировой. Останки мы тоже нашли, а я – еще и пещеру. Вот, через столько лет пригодилась. Не нравится? Ну, под землей вообще мало кому нравится. Давит все это сверху, сам чувствую, что давит. Потерпи, скоро придем, вот, сейчас, за поворотом. Моя тайная комната!