Глава 6 Вместе или Изменённые Судьбы

Дэну было всего пять лет, когда он впервые увидел смерть своими глазами. Мальчик плохо помнил тот день, детское, невинное сознание всячески пыталось заглушить все ужасные воспоминания. Иногда они внезапно всплывали, пробуждённые каким-нибудь психологическим триггером, иногда они ему снились. Теперь, когда Дэну было двенадцать, вспоминая эти забытые вещи, он лучше понимал, что случилось в тот день. Мать спрятала его, когда послышались первые выстрелы. А через какое-то время в их комнату вошли трое мужчин, грязные, в оборванной, пугающей одежде. Они были вооружены, вели себя очень скверно, а потом что-то делали с его матерью, чего в пять лет он ещё понять не мог. В тот день рейдеры напали на их поселение. Конечно же мужчины, в том числе и отец Дэна, попробовали дать отпор, но бойцы из них были плохие, и после нескольких смертей и ранений они сложили оружие.

Кроме выпивки в Придорожном практически нечего было взять. Рейдеры забрали весь самогон, что-то более-менее ценное, часть оружия, развлеклись с местными женщинами, и практически без кровопролития ушли. Дэн помнил, как выходил на улицу, жители Придорожного покорно выполняли приказы двух десятков пустынников, склоняя головы, боялись посмотреть им в глаза. Рейдеры посетили каждую комнату, каждое здание и каждую палатку. Местные мужчины, все без исключения были алкоголиками, молча терпели насмешки, и так же молча смотрели, как по очереди насиловали их женщин, порой самыми изощрёнными способами. Один из них попытался запротестовать, и его выволокли из собственной комнаты на втором этаже вниз, поставили на колени. На глазах Дэна, рейдер разбил о заправочный автомат стеклянную бутылку, и ударил ею в горло мужчины. Дэн помнил, как неестественно стекло вошло в шею несчастного, разворотив её наружу, как мгновенно хлынула его кровь, как захлёбываясь ею он умирал. Мальчик был так поражён увиденным, что казалось ему, словно это сам он умирает с вспоротым горлом. Горячие слёзы текли из его глаз, рейдеры заметив мальчишку, лишь что-то прокричали с насмешкой.

С тех пор Дэнни вступил в сознательную жизнь. Каждый год в Придорожном умирали люди, происходили разного рода ужасные вещи, и мальчик быстро понимал какова жизнь на самом деле. Отец Дэнни не погиб в тот день, хотя с точки зрения мальчика это возможно было к худшему, ведь он частенько любил распускать руки и бил мальчика по поводу и без. С каждым годом суровая жизнь в Придорожном делала Дэна сильнее, но и убивала в нём что-то светлое. Он не раз хотел убежать, но не понаслышке знал, что Пустошь вокруг ещё суровее, опаснее и ужаснее, чем его родной дом. Но он никогда не прекращал мечтать, особенно о тех необычных местах, о которых рассказывали забредающие к ним торговцы. Мир казался мёртвым и размером не больше, чем их поселение. Но когда мальчик слышал истории о том, что где-то там в Пустошах есть другие поселения и люди, и не такие, как у них, всё о чём он мог мечтать, это побывать там.

Дэнни понял, что бы выжить, он должен быть жестоким и сильным. И возможно однажды он станет достаточно сильным, что бы его заметил один из таких странствующих купцов и взял к себе в охранники. Вот тогда бы он наконец-то вырвался бы из этого проклятого места. Но пока что ему было всего двенадцать, и что бы дожить до светлого будущего, он должен был готовится, и "формировать" себя. К сожалению Дэнни не понимал, что подобные мысли посещали почти всех мальчишек, а порой и девчонок, что родились или жили здесь. Но прежде чем их мечтам было суждено сбыться, это место успевало испортить их, калечило их жизни, оставляя место только для выпивки, драк, и грязного траха, убивало мечты, заставляя избирать безликую и бесперспективную судьбу. Не знал Дэнни и о том, как резко измениться его жизнь уже вскоре, не спросив, готов он, или нет.

До войны это место было дорожным мотелем и заправочной станцией. До того, как мир был непоправимо изувечен ядерным пламенем, это место было популярным, так как выгодно располагалось между океанским берегом и большими городами Орегона. В то роковое утро, предвкушающие грядущий отдых постояльцы, безмолвно наблюдали, как вокруг них на уровне горизонта, один за другим вырастают атомные грибы. Иногда могущественная сила их ударных волн достигала мотеля, но лишь заставляла его содрогнуться, а поражённых людей с криками падать на пол или землю. Не верилось, что всё это было взаправду... Все взрывы находились достаточно далеко, поэтому само это место, и люди, находившиеся там в тот момент, практически не пострадали. Но это была лишь временная удача, ибо новый мир, родившийся в неподражаемом триумфе разрушения, вскоре отнял жизни большинства из них, теми или иными способами.

Во второй раз, это место было открыто практически через двадцать лет, после Великой Войны. Путешествующие в выжженных пустошах выжившие странники и раньше натыкались на этот мотель, но все они лишь повторно переискивали его комнаты, в надежде отыскать что-то ценное. Либо временно останавливались, пользуясь неухоженными, быстро приходящими в упадок мебелью и постельной утварью, что бы отдохнуть день другой. Но однажды кто-то из этих странников сумел отремонтировать довоенный механизм, что подымал воду из глубины её недр, и даже частично очищал. И вскоре, это место начало заселяться людьми и превратилось в одну из небольших коммун. Тогда же, в подвале мотеля, кто-то из поселенцев обнаружил самогонный аппарат, в тайне собранный неизвестным ещё во времена, когда мир был прекрасным и сухая, смертоносная рука Пустоши не исковеркала его.

Ещё одной удачей стало и то, что Великое Нашествие в целом не коснулось этих мест, и местные жители о нём лишь только больше слышали от бродячих купцов, что уже тогда приходили в Придорожный, в надежде найти возможность для выгодного бартера. Но Придорожному практически нечего было предложить взамен. Той пищи и других ресурсов, что жители могли раздобыть или создать сами своими руками, им едва ли хватало для себя. Относительно чистая вода оставалась полезным товаром, но ради неё идти в такую даль торговцам казалось невыгодным.

Многое изменилось, когда первый из самогонщиков, в точности сумел воссоздать таинство искусства самогоноварения. Нужно ли говорить о том, каким чудом стала выпивка для тех, кто жил погружённый в мир отчаяния, лишений и трудностей. И торговцы начали приходить, готовые подвергнуться трудностям дальнего пути ради такого ценного товара. Придорожный начал процветать, увеличилось и его население. Большинство из жителей поселения гнали выпивку, и не только обыкновенный самогон, но и разные другие крепкие напитки, пародирующие довоенные либо даже изобретали новые рецепты с новым вкусом и ароматом.