– Я всего лишь хотела поблагодарить за помощь с племянником, - она всматривалась в знакомые черты лица, все больше убеждаясь, что знает его, читала в глазах недовольство, но не жестокость. В конце концов, человек, спасший ребенка, не может накинуться на неё ни с ножом, ни с собакой. Он блефует.

– Я принесла печенье.

– Я не люблю сладкое. Поставь фото и уходи.

Она аккуратно опустила рамку обратно в пыль.

– Теперь уходи.

Несмотря на то, что страх все же скапливался в районе живота, периодически постреливая в пятки, которым не терпелось сбежать, Белла не собиралась сдаваться. Мужчина из далекого сна привлекал её. Хотелось узнать все тайны, прижать его к себе, забрать все печали, а может, и остаться здесь навсегда, чтобы снова услышать ту самую музыку.

– Я подумала, что у тебя нет друзей и тебе одиноко одному в праздники.

– Да, у меня нет друзей, - он медленно двинулся к ней, прихрамывая и опираясь на трость. – Они мне не нужны. Поэтому ты немедленно покинешь мой дом.

Слова, будто ледяные осколки, летели в её сторону, обжигая и укрепляя страх, но говорить она не перестала.

– Ты хромаешь? – девушка внимательно наблюдала за каждым его движением и за правой ногой, которую он волочил, опираясь на трость.

– Как видишь, - мужчина приближался, оставаясь таким же сердитым и недовольным.

– На фотографии твоя семья? – Белла хотела успеть спросить как можно больше, чтобы потом попытаться восстановить мало-мальски складную картину.

– Да.

Собака продолжала рычать, но оставалась на месте. В голове стучало предчувствие опасности, но она никак не могла сдвинуться с места. Интерес и притяжение возросли до размеров вселенной.

– Почему же ты не проводишь время с ними?

Приблизившись к ней вплотную, он зло смотрел на неё своими серыми глазами. Такой красивый, но такой опасный. Внутри все так и ходило ходуном, но ступни словно прибили к полу.

«Зачем он тебе сдался, беги скорее», - кричал внутренний голос.

Мужчина находился совсем близко и казался еще более красивым и загадочным.

– Я не с ними, потому что убил их, - зло прошептал мужчина.

Громко взвизгнув, Белла сорвалась с места и стремглав бросила прочь. Уже через секунду она влетела в теплую гостиную сестры.

Джаспер с Элис живо среагировали на перепуганное выражение лица.

– Скорее, принеси ей попить, - скомандовала Элис мужу, а сама усадила сестру на диван.

– Белла, что случилась? Ты ведь у соседа была? Я правильно поняла?

– Да, - обретя голос, пропищала девушка.

– Что там случилось? Ему не понравилось твое печенье?

В гостиную вернулся Джаспер, зажимая в одной руке бутылку лимонной водки, а в другой наполненный наполовину стакан.

– Что ты принес? – ошарашенно прокричала жена.

– Ты сказала: принеси ей выпить! – удивленно ответил Джас.

– Попить, а не выпить, дурья твоя голова.

– Водка как раз то, что нужно.
– И не дослушав спор супругов, девушка опрокинула в себя стакан.

– Так я и знала, - серьезно проговорила Элис, когда Белла, наконец, поведала им все, что произошло в доме по соседству.

– Что ты знала? – не понял муж.

– То, - протянула девушка. – Если мужик в тридцать лет живет как отшельник, либо он не платит алименты, либо убил свою жену.

– Железная логика, - печально заметила Белла.

– Он так и сказал, - Джаспер не верил в случившееся, - что убил свою семью?

– Так и сказал, - подтвердила гостья, - но я не верю ему.

– Что ж ты тогда мчалась, будто дьявол наступает тебе на пятки, если не поверила? – не отступала Элис.

– Это первая реакция на слово – убил. Я запаниковала, испугалась, поддалась инстинкту самосохранения. Но сейчас я не верю.