– Она может, это уж точно, миссис Уитен, – самодовольно согласилась Брэн.

Хлоя почувствовала, как усталость давит на нее, и подумала, что один раз в жизни можно рискнуть осуществить свою мечту.

– Вы разбудите меня, когда вернетесь? – спросила она и поняла, что от усталости у нее заплетается язык, как будто Хлоя слишком долго сопротивлялась ей и теперь усталость наконец побеждала.

– Если вы сможете уснуть, когда мадам начнет здесь командовать, то вы крепче, чем я, – сказала Брэн, выходя их комнаты за своей юной госпожой.

Хлое едва хватило сил, чтобы снять башмаки, расстегнуть платье и дать ему соскользнуть на пол, и в тот же момент, когда ее голова коснулась подушки, она уснула.

– Она держалась из последних сил, вот что я вам скажу, – тихо прокомментировала Брэн, как только они с ее юной госпожой наконец незаметно выбрались из дома и смогли говорить свободно.

– Несчастная леди, – заботливо вторила ей Ив.

– Да, мне тоже так кажется, – пробормотала Брэн и, заметив любопытный взгляд Ив, нахмурилась.

Брэн не верила, что история, которая заставила леди пойти в экономки, могла быть похожа на красивую сказку. Даже если она начиналась с гирлянд и роз, то, по опыту Брэн, редко заканчивалась тем же самым при ярком свете дня.

Люк дождался, пока его камердинер в сопровождении лакея поднялись наверх с багажом, который они несли так аккуратно, словно это сокровища короны, а затем, тяжело вздыхая, вышли из его приватной гостиной. Он задумался, зачем ему нужен такой дотошный камердинер: Люк был достаточно взрослым, чтобы самому справляться с одеванием, и умел завязать галстук так, чтобы не испугать лошадей. Впрочем, через год или около того, когда ему нужно будет выглядеть элегантно в связи с дебютом Ив и собственной компанией по поиску жены, это будет вполне разумно.

Услышав резкий голос мачехи, доносившийся из гостиной, и рокот мужских басов в бильярдной, Люк попытался найти покой в библиотеке. Там в кресле у камина устроился крестник Виржинии маркиз Мантень, но Люк вздохнул с облегчением. Аура усталого вселенского цинизма, окружавшая Тома, по какой-то странной причине приводила женщин в страстное исступление, но не мешала ему быть хорошим товарищем и верным другом.

– Том, негодник! – воскликнул виконт и, несмотря на этот грустный день, искренне улыбнулся, крепко, по-мужски пожимая маркизу руку. – Когда ты приехал?

– Сегодня утром. Ты наверняка всю дорогу глотал мою пыль.

– Если не считать того, что ты ехал из Дербишира, а там уж скорее грязь, чем пыль.

– Какой я невнимательный, – растягивая слова, произнес Том.

– Только не пытайся убедить меня в том, что тебе нет дела до того, что тебя окружает, Том. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы ты мог заморочить мне голову своим напускным цинизмом, которым ты пользуешься, чтобы ставить всех в тупик. Лучше, как подобает доброму другу, расскажи, кто приехал сюда, чтобы порадовать наши скорбящие сердца, и сколько, по твоему мнению, мне придется их обхаживать.

– Тот, кто сказал тебе, что я добрый друг, очевидно, нуждается в том, чтобы его лишили иллюзий.

– Когда речь идет о моих друзьях, я не склонен обращать внимание на мнения других людей, мой дорогой маркиз, – возразил Люк, с улыбкой принимая бокал отменного бургундского, которое маркиз налил ему из стоявшего рядом с ним графина.

Ощутив расслабляющий эффект прекрасного вина и выслушав от Тома Бенбурга краткие, но проницательные характеристики собравшихся у него гостей, виконт оставил приятеля наедине с бургундским и, избегая показываться на глаза собравшимся в бильярдной и в гостиной, отправился наверх, чтобы собственными глазами убедиться, что после всех тягот и неудобств долгого путешествия Ив и Брэн благополучно устроились.

Хлоя проснулась с тяжелой головой и, с трудом открыв глаза, попыталась сообразить, сколько времени она проспала. В первое мгновение она не могла понять, где находится, и ей пришлось приложить усилия, чтобы удержать глаза открытыми и снова не опуститься на постель. Однако мысль о Виржинии приказала Хлое вставать, чтобы снова встретиться с миром лицом к лицу, поэтому она несколько раз поморгала и постаралась стряхнуть с себя тяжелое покрывало сна, грозившее снова накрыть ее с головой.

Даже прислуга высшего ранга могла позволить себе роскошь как следует потянуться, поэтому Хлоя зевнула, с силой вытянула ноги, скользнувшие по тонкому хлопку узкой постели Брэнди Браун, и высоко подняла руки, чтобы снова ощутить их силу. Она тряхнула головой, так что рыжие локоны упали вниз спутанной копной, и только тогда наконец поняла, как долго она спала, в то время как ей полагалось быть на ногах и заниматься делами.

– Брэи? – вопросительно произнес низкий мужской голос из-за слегка приоткрытой двери, и Хлоя почувствовала, что ее сердце забилось со скоростью гончей, бегущей за кроликом. – Не делайте вид, что вы спите, потому что пять минут назад я видел вас в саду. Где Ив и почему ваш багаж до сих пор находится в ее спальне?