Коридора не вижу. Пола тоже. Слышу лишь, как со скрипом открывается злосчастная деревянная застава и тихий, невероятно мягкий голос (будто он не орал здесь минуту назад) произносит чье-то имя.

– Джером… - повисает в тишине.

*

Кожаный диван, как и кресло из гостиной, жутко неудобен. Сижу на нем в скованной позе, до сих пор не отошедшая от развернувшегося перед глазами действа. Охранник, приведший меня сюда, давно исчез, Каллен или кто-либо ещё не появлялся. Моя участь – ждать. Ждать своей смерти.

Чтобы последние мысли не были такими мрачными, оцениваю обстановку кабинета. Это просторная комната, где все выполнено из красного полированного дерева. В воздухе царит непонятный, неприятный запах, как будто специально созданный для того, чтобы въесться в мои легкие и испортить уходящие минуты и без того не слишком яркой и нормальной жизни.

Интересно, у меня хотя бы будут похороны? Или я навсегда останусь здесь, в этом чертовом змеином логове, под тремя метрами земли? Не будет даже следа. Даже маленькой зацепки, что когда-то я, Белла Свон, жила на этом свете. Была здесь, там, в доме своей семьи и вилле Маркуса…

Это кажется неправильным и горьким. Если уж суждено умереть, можно хотя бы получить место, которое будет указывать, где я нашла последний приют?.. Гранитный камень с выбитой надписью. К черту слова «помним и любим», к черту «скорбим и сожалеем»… только имя. Имя и дату рождения.

Немного меняю свое положение на диване и всматриваюсь в парящие в воздухе пылинки. Имя. Имя, прозвучавшее только что и произнесенное Эдвардом. Джером. Маленького мальчика так зовут?

Неизвестно почему, судьба этого ребенка – ребенка, которого я видела всего лишь три секунды впервые за всю жизнь – вызывает каскад эмоций. Грусть, горечь, непонимание и сострадание. Страшно хочется успокоить напуганного малыша, хоть что-то сказать ему.

Это очень странно, Белла. У тебя никогда не было слабости к детям. Ты не просила у родителей братика, не задумывалась о материнстве. Что уж говорить о всяких встречах на улицах, когда детишки наступали на ноги в метро или теребили за куртку с просьбой подать милостыню. Меня не трогало ни одно их слово. Ни одни несчастные глаза, смотрящие с собачьей преданностью. С появлением в своей жизни Джеймса я очерствела, потеряла связь с миром эмоций. И теперь этот непонятный ребенок, это странное белокурое создание возвращает мне их. Заставляет переживать за кого-то, кроме себя.

Наверное, я просто помешалась от всего случившегося. Слишком уж длинен список для недели. Слишком уж много потрясений и ужасных событий случилось за эти дни. Как и следовало ожидать, психика не выдержала. Она теперь в коматозном состоянии.

У самой двери слышны шаги. Скрежет открываемых замков. Похоже, такова моя судьба, раз меня постоянно где-то запирают.

Напрягаюсь, предчувствуя скорую расправу. Ну что же, истекли последние секунды…

Каллен входит в комнату, как король. Не вбегает, не влетает, а именно входит. Величаво, властно, дьявольски красиво…

Его налакированная обувь ступает на деревянный пол и одновременно с этим захлопывается входная дверь.

На лице моего похитителя нет никаких эмоций. Только те морщины, что я заметила в самую первую нашу встречу, стали глубже. С удивлением замечаю, что мелкая россыпь им подобных появилась в уголках глаз и рта. Надо же! Сколько ему лет?..

– Знаешь ли ты, Белла, почему мужчины управляют миром? – его вопрос вводит меня в ступор. А как же расправа? Как же пытки и убийства? Неужели меня ждет что-то более мучительное?

Не имея ни малейшего понятия, что отвечать и можно ли отвечать, предпочитаю молчаливо дождаться дальнейших действий Каллена.

– Они правят, потому что женщины слишком глупы для этого, - мужчина огибает мой диван, опускаясь на кресло напротив. Его левая рука служит опорой для подбородка. Такое ощущение, будто ничего и вовсе не случилось. Это человек-настроение, ей-богу.

– Вот скажи, о чем ты думала, когда планировала покушение? – он позволяет себе нагло улыбнуться, в то же время задумчиво всматриваясь в мое лицо. – Предвидела ли такое стечение обстоятельств?

Покушение? На него? Да он сумасшедший, раз может представить меня в роли киллера.

– Я не думала…

– Правильно, не думала.

– Нет, мистер Каллен, - подаюсь вперед, сжимая в руках край своей блузки. – Я не думала покушаться на Вас.

Похоже, проблемы с речью испарились. Спасибо господи – я снова могу говорить.

Мой похититель заинтересован, но не похоже, что верит мне. Да и не слышит, вроде как…

– Женщина рано или поздно становится матерью. Ни одна мать не поднимет руку на ребенка. Как же это пришло в твою голову? Или кто-то тебя надоумил?