– Простите, Настя, но я не вернусь без вас в Москву.

– Вы понимаете, что вы делаете?!
– Настя начала сердится по-настоящему.

– Да, я предлагаю вам руку и сердце.

– Вы богатый, избалованный, престарелый ловелас! Помогите мне донести чемоданы до автобуса и дайте букет, вы его уже помяли!

– Слушаюсь! Но поедем на такси.

Анастасия молча дёрнула плечиком и они пошли вдоль перрона.

– Лев Михайлович, - спросила она немного погодя, не поднимая на Бурякова глаз, - как вы здесь оказались?

– Только что прилетел на самолёте.

– А где ваши вещи?

– На мне, - он поставил чемоданы и посмотрел на Анастасию, та вдруг прыснула смехом, закрыв рот ладошкой, они вместе засмеялись.

– И что вы намерены делать в Омске?

– Сначала я провожу замечательную женщину до дома, подниму чемоданы до её квартиры, попью чаю, а потом....

– Что потом?

– Не знаю, - пожал плечами Буряков, - наверное, поеду в ближайшую гостиницу.

– А дальше?

– Каждое утро с букетом цветов буду встречать её у дверей квартиры.

– Заманчиво, но разорительно.

– Ничего, я же богатый ловелас.

– Ладно, ловелас, поехали чай пить, а там видно будет.

– Настя, а вдруг я не ловелас?

– А кто же?

– Принц.

Анастасия, прищурившись, окинула его взглядом.

– Ну, да, староват, - кивнул Буряков и бодро поднял чемоданы, - зато хорошо сохранился.

– Согласна, неплохо. Так мы идём?

– К такси?

– Хорошо, к такси.

Они пошли дальше.

– Послушайте, госпожа, что вы наложили в эти чемоданы?

– Тяжело?
– спросила Настя с неподдельным участием.

– Я, конечно, донесу, но как вы собирались это транспортировать?

– Не знаю, - беззаботно улыбнулась Настя, - наверное, дожидалась бы принца.

– Это понятно, но всё же, что внутри?

– Новые учебные пособия для всего класса. Я через министерство заказывала, дядя Сима для меня получил, вот теперь привезла.

– Удивительная вы женщина, Настя.

– Лев Михайлович, говорите мне это почаще.

– И замечательная.

– Хорошо.

– И самая красивая!

– Очень хорошо.

– Любимая.

– А вот это ещё под вопросом.

Они переглянулись и хихикнули, словно им обоим стало неловко.

Двухкомнатная малогабаритная квартирка Анастасии оказалась на втором этаже блочной хрущёвки. Буряков поставил чемоданы, и пока Анастасия раздевалась в тесной прихожей, осмотрелся. Чистенько, мебель старомодная, в небольшой спальне у окна на письменном столе компьютер и стопки тетрадей. Настя помыла руки, вышла из ванной и выжидательно посмотрела на Бурякова.

– Лев Михайлович, вы чай в прихожей будете пить?

– Так я могу раздеться?

– И даже пройти на кухню. Тапочки одевайте, рядом с вами стоят.

Буряков ревниво обследовал предложенные тапки и облегчённо вздохнул: почти новые и пыльные, видно было, что ими пользовались очень давно. Он зашёл в ванную. Скромно, но с плиткой, полотенца свежие, не затасканные, советский кран с длинным носом матово блестит. Видно, что хозяйка за порядком следит. Он вымыл руки и, пройдя на кухню, сел за маленький столик у окна, с наслаждением наблюдая за Настей. Ему нравилось, как она двигалась, как ловко резала луковицу. Буряков не сразу сообразил, что начнут они не с чая. Анастасия засыпала кольцами лука селёдку и поставила её на стол. Через некоторое время рядом появилась тарелочка с тонкими ломтиками сыра, большая миска с домашними солениями и початая пачка хлебцев.

– Извините, Лев Михайлович, хлеба у меня нет, хотите, можете сбегать, тут рядом магазин.

– Ну, уж нет!

– Почему же?

– Вдруг обратно не пустите?

– Логично.

Настя лукаво посмотрела на него и вытащила из холодильника бутылку водки, Буряков радостно потёр руки.

– Анастасия Сергеевна, вы пьёте водку?!

– К новому году куплена, - обиделась Анастасия.

– Пардон, был неправ. Рюмочки в этом доме есть?

– Есть, - Настя поставила рядом с бутылкой две рюмки.

Буряков взял бутылку, открыл, разлил водку.

– И за что же будем пить, Лев Михайлович?
– улыбнулась Анастасия с необъяснимой грустью в глазах. Буряков это заметил, улыбка сбежала с его лица.

– За наше венчание, Настя.

Анастасия изумлённо посмотрела на него, её синие зрачки увеличились. Буряков достал из кармана синюю коробочку, открыл, в ней лежали два золотых кольца.

– Вот наши кольца.

– Лев Михайлович, вы сошли с ума.

– Возможно, но отец Сергий благословил меня на то, чтобы я без вас, Настенька, в Москву не возвращался.