– нельзя убивать граждан империи.
– Едва слышно, пробормотал парень.

– как себя чувствуешь?
– Задаю интересующий вопрос, протянув руку и помогая подняться Федору с земли.

– такое чувство, будто я стал сильнее вдвое.
– Взгляд подопечного радостно сверкнул, а затем его лицо и голос, стали выражать сильное сомнение в собственном здоровье.
– Мне показалось... ну когда кинжал пробил тушу кабана... в общем я видел какое-то существо, сидящее на белом троне, в темном зале с золотым полом. А еще... на существе был надет красный плащ с капюшоном, а под капюшоном клубился красный туман.

– привыкай, теперь ты часто будешь его видеть.
– Хлопаю парня по плечу, и на удивленный взгляд поясняю.
– Это бог, называющий себя "Плакальщик", благодаря которому ты смог получить часть силы своей жертвы. Он воплощает силу, развитие и превосходство, так что мы, как его представители в этом мире, должны стремиться к постоянному самосовершенствованию.

– эм... а...
– Федор стоял, открывая и закрывая рот, то собираясь что-то сказать, то выдавливая из себя неразборчивые сочетания звуков.

– все не так страшно, как может показаться.
– Дабы подбодрить подопечного, изображаю легкую улыбку.
– Никаких обрядов и ритуалов от нас не требуется, а принесение жертв, дело строго добровольное. С сегодняшнего дня... я хотел сказать с этой ночи, ты мой ученик, так что не рассчитывай на отдых до тех пор, пока не усвоишь минимум необходимых знаний. А сейчас, давай займемся тушей кабана, что бы мясо не пропало.

ФЕНИКС, ВОССТАВШИЙ ИЗ ПЕПЛА.

Как принято говорить в таких ситуациях: "ничто не предвещало беды".

В чистом голубом небе светило солнце, дул свежий ветерок, мои подчиненные одной колонной бегали вокруг временного поселения, уже вытоптав в траве удобную тропинку. Каждое утро начиналось с пробежки и легкой разминки, затем был завтрак и примерно час времени, что бы выполнить основную работу, после чего начинались силовые тренировки, разнообразные растяжки, отработка движений с муляжами мечей, и стрельба из луков. Бывшие крестьяне уже не роптали, умело маршировали, а некоторых из них даже не стыдно было бы показать командованию.

О том что что-то не так, я должен был начать догадываться еще в тот момент, когда при очередном отчете, обычно сосредоточенный и внимательный к мелочам Борис, показался слишком усталым, нервным и рассеянным. Однако как и всем людям, мне не хотелось признавать очевидного, а потому все странности в поведении сотника, были списаны на загруженность работой, или какие-то личные проблемы.

"ха-ха... три раза "ха": личные проблемы у "темного стражника", у которого личной жизни быть не может по определению".

В тот день, мной было решено провести несколько спаррингов среди подопечных, а потому все население маленькой деревни, собралось вокруг центральной поляны, расположенной между домами и палатками. Федор, продолжающий ритуальные жертвоприношения, но теперь не кабанов а кроликов, стал значительно превосходить своих товарищей в скорости и ловкости, и совсем немного в физической силе, что не могло остаться незамеченным всеми остальными. В боях "один на один", что в рукопашную, что с использованием тренировочных мечей, он выигрывал девять схваток из десяти, изредка проигрывая исключительно из-за малого опыта. Не удивительно, что несколько парней и мужчин, изъявили желание пройти те же тренировки, что и мой личный ученик.

– почему нет?
– Ответил им я.
– Приходите сегодня в полночь, и мы все обсудим более подробно. Однако учтите, что методика секретная, и вы ни при каких обстоятельствах не должны никому о ней рассказывать, а тем более передавать кому либо, без моего разрешения.

Претенденты на инициацию, которых оказалось сразу пятеро, с серьезными лицами покивали, пообещали явиться ко времени, и вернулись в свой строй. Мы продолжили поединки, в которых выступали отдельно взрослые мужчины, подростки и женщины. Пусть все и занимались по примерно одной программе, но мне показалось немного не честным, выставлять тридцатилетнего мужика весом в девяносто килограмм, против шестнадцатилетней девушки, которая едва дотягивает до шестидесяти килограмм.

Во время противостояния девятой пары, представленной двумя парнями двадцати лет, дозорный стоявший у ворот, доложил о прибытии гонца из форта. Дав подчиненным время на передышку, я вышел на встречу неожиданному гостю, и увидел запыхавшегося и тяжело дышащего, рядового солдата, облаченного в кожаные доспехи, но почему-то без оружия.

– господин десятник, вам письмо.
– Гонец вытащил из поясной сумки сильно измятый конверт, и смутившись протянул его мне.
– Прошу прощения, я сильно спешил...