Шрифт:
– А ты умеешь?
Девушка отрицательно покачала головой. Руслан рассыпал на стеллаже черные плитки домино и, размешав их руками, сказал:
– Игра очень похожа на покер. Каждый берет по шесть костей. Самый старший - это пусто–один, “покер”. Дальше – шесть–шесть, “шершавый”.
Через два часа дверь в подвал открылась, и оттуда показался человек в новеньком камуфляже, сопровождаемый часовым. Его сильно удивил вид игравших молодых людей. Человек сказал длинную фразу и показал на Светлану пальцем.
– Ты готовить умеешь? – спросил Руслан.
– Как все. А что?
– Да, этот, - Руслан кивнул в сторону новенького камуфляжа, - засылает тебя на кухню.
Предсказания Руслана сбылись в следующую секунду. Светлана в сопровождении часового вынуждена была приступить к исполнению обязанностей поварихи, тут же, возле сваленных в кучу велосипедов. Стряпня оказалась несложной, но неухоженный примус отнял у девушки много сил и терпения, пока по складу не полетел запах куриных кубиков.
– Кушать подано, - сказала Светлана.
Человек в камуфляже сидел на ее месте и неторопливо раскладывал костяшки, общаясь с Русланом на своем языке. Почему-то это показалось Светлане ужасно обидным и, вставив в начало и конец предложения, услышанные от Шату слова, она сказала:
– Вы будете жрать?
Чин перебросился с Русланом парой реплик, после чего тот перевел:
– Света, Талиб хочет, чтобы ты помогла приготовить пищу. К вечеру придут голодные люди.
– Я ему, что - курочка Ряба?
Талиб удостоил Светлану гневным взглядом и сказал короткое предложение.
– Не капризничай, Свет, - мягко добавил Руслан.
Талиб ехидно ухмыльнулся и сказал Руслану что-то про женщин. Тот согласно кивнул и ответил фразой, в которой было слово “эмансипация”. Мужчины доиграли кон, неторопливо поднялись.
Надавав кучу указаний часовому, Талиб и Руслан оставили грязную посуду Светлане и удалились.
– Хороша служба, ничего не скажешь.
– ворчала про себя Светлана.
– Привыкли выезжать на рабском труде.
Она снова крутилась вокруг неисправного примуса, нагревая большое ведро воды. Быстро стемнело. Светлана видела у часового мощный фонарик, но тот не собирался зажигать его. Девушка делала все почти на ощупь.
– Пришли, - сказал он первую фразу.
– Кто пришел? – теперь она и сама заметила разношерстную струйку местных жителей, гуськом входивших в помещение.
Часовой изъяснился жестами, и Светлана поняла, что ее обязанности на сегодня закончились. Она пошла по проходу, ступая в полутемном ангаре мимо людей, словно курицы, сидевших на стеллажах. Их вид мало подходил под понятие “боевики”. Люди занимались своими делами, перебирая амуницию и негромко разговаривая на неведомые Светлане темы.
Когда она подошла к тому месту, где оставила Руслана, то увидела кольцо людей, окружившее стеллаж. В центре, оживленно обсуждая происходящее, сидели на корточках человек в новом камуфляже, Руслан и два боевика. Все они держали черные кости домино и отпускали короткие фразы, хихикали или досадливо ойкали.
Перед Русланом лежало несколько потертых долларов. Кучка поменьше находилась у Талиба. По всей вероятности, Руслан подыгрывал ему, и деньги боевиков перекочевали к своим новым хозяевам. Не смотря на это, они не казались обиженными и воодушевлено продолжали игру.
“Все-таки Руслан неплохой актер, - думала Светлана, - раз умудрился отыграть деньги, да еще и не обижая партнеров по игре”.
Но вскоре происходящее предстало для нее по-другому. Руслан аккуратно сложил купюры и протянул Талибу, тот довольно потянулся и пошел вдоль стеллажей, подсвечивая фонариком на тюки и коробки. Через несколько минут он вернулся, неся в руках кучу спортивных принадлежностей. Талиб бросил все под ноги Руслана, со словами, вызвавшими веселый смех присутствующих. Руслан тоже засмеялся и стал задавать вопросы, возможно, означавшие: “А на кой мне это надо”, что в очередной раз рассмешило окружающих.
Довольный Талиб обнял Руслана за плечи и подвел к рослому кавказцу. Они поговорили около минуты, и Талиб показал в сторону Светланы. Кавказец согласно кивнул.
Руслан поманил Светлану пальцем.
– Что здесь произошло?
– Да ничего, все нормально. Видишь это барахло?
– Руслан показал на лежавший на полу инвентарь.
– Разумеется.
– Я это выиграл у Талиба. То есть, конечно, я выиграл деньги, но вынужден был это купить.
– Зачем?
– Затем, что никто не выпустил бы меня с деньгами, а это барахло им и даром не нужно.