Гуртрунг, видя, что Веришка оцепенела от испуга, вмешалась.

– Первая Мать, она же альва. Они созревают гораздо позже людей или нас. Думаю, она еще нескоро сможет подарить вам наследника.

Нуурдаг скривилась с досадой, отпустив девочку.

– Да, ты права. Но свадьбе этот недостаток не помеха. Она состоится, как только вернется Одар. Думаю, эта белобрысая будет достаточной причиной претендовать на земли Жизнетворящих. Мы предъявим всему Линдмарту жену нашего короля, и заткнем, наконец, нольвовские глотки.

– А как же чистота крови вашего рода, моя королева?
– нахмурилась Гуртрунг.

– За мой народ я готова поступиться не только этим, - королева решительно тряхнула тяжелыми темными косами. – Как её зовут?

– Веришка.

– Дурацкое имя для альвы.

– Её воспитывали люди.

– Тем хуже для неё. И тем лучше для нас - иначе бы мы её не получили. Имя подберем ей другое.

Хижина на островке твердой земли посреди болотной топи стала жилищем Веришки. Нуурдаг отрядила будущей невестке служанку из людей. Раз в день приходила Гуртрунг, справлялась о здоровье альвы, учила её своему языку и обычаям. Уходя, убирала за собой дощатые мостки через трясину, тем самым превращая хижину в тюрьму, откуда не сбежать. И потянулись чередой однообразные дни.Служанка Руза – девушка лет двадцати, была боязлива, молчалива и послушна. Веришка поначалу пыталась с ней говорить, но та лишь твердила - «Не велено».

По ночам над болотным безмолвием полыхало алое зарево,слышался приглушенный лязг и непонятный гул. Все это пугало и будоражило девочку, так внезапно лишившуюсяматеринской защиты и спокойного житья.

В очередной визит урукхайки Веришка все же робко решила поинтересоваться, зачем она здесь.

– Ты выйдешь замуж за Одара, сына королевы Нуурдаг. После вашей свадьбы он станет полноправным правителем урукхов.

– Так я стану вашей королевой? – удивилась Веришка.

Гуртрунг раскатисто захохотала.

– Кор…ролевой, - махнув рукой, она утерла выступившие слезы. Пренебрежительно оглядев альву, ответила. – Размечталась. Чтобы стать нашей королевой, нужно родиться таковой. Как Нуурдаг. Твои дети – да, станут продолжением династии. В них будет течь урукхайская кровь. А ты… ты всего лишь подстилка Одара, хоть и будешь формально его женой.

– А почему я? Разве в Линдмарте нет других альвиек?

Гуртрунг погасила усмешку, со странным выражением в глазах глядя на подопечную.

– Есть и другие. Много других, похожих на тебя. Мертвых и пока еще живых. Выбор пал на тебя. Почему – не спрашивай. Можешь считать – тебе повезло.

***

Сизый туман раннего утра подполз к хижине. Руза, разнеженная покладистостью Веришки, еще спала. А альве не спалось. Она вышла на крыльцо, села на ступеньку, натянула ночную рубашку на колени и, обхватив их руками, стала слушать утро. Лягушачий хор еще не разошелся в полную силу. Ранние птахи только пробовали свои голоса, попискивая в гнездах. Невдалеке пробумкала выпь, и Веришка испуганно вздрогнула. «Не иначе, худого ждать! Да куда уж хуже».

Внезапный недалекий грохот заставил её вскочить на ноги. Огненные отблески окрасили туман в алый цвет. Поверх деревьев, что росли по берегу, скользнули стремительные тени. Сквозь нарастающий свист и шипение Веришка расслышала урукхайский боевой клич. Вторя их голосам, заверещали повсюду напуганные птицы, захлопали крыльями, взмывая в заревное небо над болотом.

Над крышей с шипением пронесся странный силуэт. Девочка съежилась, не имея сил сдвинуться с места от страха. А летающее нечто с хрустом врезалось в кусты на краю островка. Несколько мгновений ничего не происходило, а потом послышалось чавканье болотной жижи и плеск воды. Кусты зашевелились, и из них на четвереньках выползло мокрое зеленое существос огромными выпуклыми глазами игорбом на спине. Существо поднялось на ноги, провело руками по глазам и просипело:

– Топором мне в корень! Славно распалил.

Вот тут Веришка и закричала – тоненько и жалобно.

Существо шарахнулось, замерло, уставившись на испуганную альву выпученными глазищами. А потом подскочило – высокое, тонкое - закрыв ей рот мокрой лапой.

– Тихо, эй! А ну, помолчи!

Веришка послушно замолчала. У существа были обычные руки и ноги. Длиннее и тоньше, чем у людей, но вполне обычные. Убедившись, чтоего послушались, существоопустило руку.

– Ты кто?! Жук? – дрожа, пролепетала Веришка.

– Жу… кто? – белозубо рассмеялся летун, и стащил с перепачканного тиной лица круглые прозрачные полусферы. Под ними весело искрились светло-голубые глаза.

– Я друд, зовут Колпта. А ты вроде альва? – прищурился он на неё сверху вниз.

– Альва, - кивнула Веришка, несмело улыбаясь в ответ.

– Пленная?

– Ага.

– Чего не бежишь?

– Не могу, - пожала Веришка плечами. – Болото же кругом.

– Я тебя спасу, - уверенно заявил Колпта. Он расстегнул пряжки на широких ремнях, и сбросил с плеч короб, из которого в разные стороны торчали несколько трубок. Огляделся, и, увидев сложенное под навесом топливо, метнулся туда.