На минуту я задумалась. Есть ли здравый смысл в его словах? Не звучит ли всё это утопично? Как это будет на практике? Слова звучат вполне неплохо. А вот что будет, когда слова превратятся в дела? Сомнения. Я никогда не была нерешительным человеком. Но сейчас я готова была раствориться в сомнениях. Если бы не Том, наверное, так и сделала бы.

— Быть может, я реально сошла с ума, но, наверное, ты прав.

Лицо Тома в этот момент было просто незабываемо. Взгляд счастливый, глаза наполнены неподдельным, искренним светом. Губы изогнулись в легкой улыбке.

— Значит, ты не продашь бизнес и сама его возглавишь? — как-то по-детски наивно спросил Том.

— Да.

— И ты наймёшь меня в качестве консультанта?

— Посмотрим на твоё поведение — я рассмеялась.

Том был вполне удовлетворён таким ответом. Он поднялся с дивана и потянулся, разминая затёкшие мышцы.

— Уже поздно, я пойду спать. Да и ты не засиживайся.

— Спокойной ночи Том.

— Спокойной ночи Дженни.

POV Том

Мои дела пошли в гору. Жизнь постепенно приходила в норму. Наверное, это будет звучать как-то неправильно, но после смерти Билла в моей жизни всё поменялось в лучшую сторону. Да, звучит странно. Но мне стало необычайно везти в последнее время. На работе спустя два месяца мне разрешили сесть за микшерный пульт. Меня повысили. Я был так счастлив снова заниматься музыкой, моим любимым делом. И я был просто вне себя от счастья, что не потерял свой талант. Я доказал, что снова могу вернуться в музыку, наладить свою жизнь. Это ощущение нужно испытать самому, чтобы понять какого это. В этот момент я был так горд собой. Только одно омрачало это счастливое событие. Смерть Билла. Ни на минуту я не переставал думать о брате. Просто я научился жить с мыслью, что Билл теперь только в моём сердце.

На выходных было решено отпраздновать два счастливых события: моё повышение и то, что Эмма получила самый высокий балл на контрольной. Местом для празднования мы выбрали каток. Точнее, это дети выбрали, нам с Дженни всего лишь пришлось смиренно согласиться. Не то чтобы я жаловался, но будь у меня возможность, выбрал что-то другое. Почему? Да просто я уже лет 10, наверное, не стоял на коньках. Ну, может чуть меньше. Но факт остается фактом, я давно не катался. Не хочу опозориться.

До катка мы шли пешком, он находился неподалёку. Сэм всю дорогу весело прыгал и убегал вперёд. Непоседа. Он так напоминает Билла в такие моменты. Как будто я снова вернулся в детство. Весёлое и беззаботное. Где ни я, ни он не знали страшного слова смерть, где мы строили иллюзии и мечты. Клялись, что несмотря ни на что всегда будем вместе. Мы же близнецы, что нас может разлучить? Как наивны мы были.

— Сэм похож на папу, да? — отвлекла меня Эмма.

Я посмотрел вперёд на убегающего племянника и пытающуюся догнать его Дженни.

— О, он такой же непоседа! — честно признался я.

Взгляд Эммы погрустнел, она тихонько вздохнула и отвела глаза.

— Знаешь Сэм ещё маленький. И пока сложно сказать, на кого он больше похож. Но ты старше и у тебя уже проявляется характер твоего отца. К тому же внешне ты просто копия папа.

— Правда? — Эмма посмотрела на меня таким трогательным взглядом, что внутри всё сжалось.

— Конечно.

Я не врал. Она действительно была копия Билла. Те же глаза, те же черты лица, характер похож на Билла. Замашки принцессы. О, всё это было присуще Биллу. Эти дети словно зеркальное отражение моего брата. Видеть их каждый день одновременно и больно и безумно счастливо. Сквозь поток мыслей я почувствовал, как крохотная тёплая ладошка осторожно берёт меня за руку. Я улыбнулся, крепче сжимая руку Эммы. Это непередаваемое чувство. Внутри всё переворачивается. Тебя накрывает целым спектром эмоций. Ответственность, гордость, счастье, забота, нежность и что-то ещё. Что-то такое, что не поддаётся объяснению.

Мы догнали Дженни с Сэмом и все вместе дружно пришли на каток. А вот теперь начинается веселье. Стоит ли говорить, что я как мог, оттягивал свой выход на лёд? С горем пополам, нацепив, коньки я потихоньку вышел на лёд. Чувство как будто ты в цирке где-то. Все на тебя глазеют и ждут, когда ты сделаешь что-нибудь смешное, упадёшь например. Главное, не показывать, что мне страшно. Да, да, я взрослый человек боялся. Мне не стыдно признаться в этом. Ну ладно, может, немного и было стыдно. Дженни наблюдала за мной, я чувствовал это. При этом на её лице постоянно была ухмылочка. О, она, безусловно, обо всём догадалась. Теперь Том можешь ждать ехидных шуточек в свой адрес.

— Да ладно Том. Не бойся. Это как на велосипеде кататься — ну вот, первая шутка.

— Я на нём лет 15 не катался — тихо пробубнил я.

Прежде чем я успел опомниться, ко мне с грацией и лёгкостью подъехала Эмма и, схватив за руку, поволокла за собой. Естественно, я не удержал равновесия и свалился прямо на попу, попутно отбивая всё что можно. У меня останутся синяки. Много синяков. Дженни поблизости наблюдая за всем этим, заливалась смехом. Это был настолько настоящий, искренний, счастливый, радостный смех, что я засмотрелся на неё. Кажется, именно такой я увидел её впервые. Будто и не она вовсе пару месяцев назад была убита горем, цепляясь ко мне по пустякам, ходила зажатая, замкнутая, с потухшим взглядом и полным отсутствием жизни внутри, словно зомби. Дженни исцелилась. Я не знаю, что творилось у неё в сердце, но самое главное, что она снова могла быть счастлива. И это счастье было связано не с человеком, а с простыми вещами. Она переборола себя, смогла жить дальше. Не просто существовать, а жить, радуясь жизни.

Дженни продолжала смеяться. Опомнившись, я решил не спускать ей это с рук и немного отомстить. Я подполз к ней и хитро улыбнулся. Она, прикусив губу, заинтересованно смотрела, видимо, решала насколько нагло я поступлю. Ну что ж, я решил действовать нечестно. Обхватив её ноги, я резким движением потащил её вниз. Как и ожидалось, она упала. Правда кое-чего я не учёл, падая, она зацепилась за меня и повалила за собой. Мы оба засмеялись, хоть и было немного больно. Лёд никак не мог смягчить падения, а если учесть, что в ту же секунду на нас накинулись дети, придавливая сверху, то можно смело говорить, что на мне живого места не осталось. Но в такие моменты не обращаешь внимание на боль. Тебе хорошо. Ты счастлив. Что-то может быть лучше этого?