В доме было тихо. Наверное, все ещё спали. Потихоньку ступая по полу, я прошёл в спальню. Я ожидал увидеть всё что угодно. Спящую Дженни, её и моего брата вместе, вообще пустую комнату. Но я никак не ожидал увидеть Дженни, стоящую около окна и нервно сжимающую в руке телефон. Я оглядел её. Волосы не уложены, глаза красные и чуть опухшие, взгляд тяжёлый, сосредоточенный куда-то вдаль. Она стояла в легкой ночной рубашке, сверху был накинут халат. Она не спала? Стояла здесь и ждала меня всю ночь? Или к ней приезжал Том и это она после ночи с моим братом такая? Взгляд упал на расстеленную кровать. Когда я уходил, кровать была застелена или расстелена?

— Где ты был? — Дженни медленно повернулась, голос непривычно твёрд и холоден.

— Я бродил по городу. — комнату заполнила пауза — Мне нужно было о многом подумать.

Дженни заглянула мне в глаза. Я только сейчас заметил усталость, сомнения и неуверенность в её взгляде. В чём причина?

— Билл, что происходит? Ты вернулся из Турции сам не свой. Что там на самом деле произошло? Что ты от меня скрываешь? — голос смягчился, усталость просочилась и сюда.

— Я тебе уже рассказывал — говорить всю правду я не собирался.

Она кивнула головой, вздохнула и снова отвернулась от меня к окну. Что или кого она пытается там рассмотреть?

— Дженни, прости меня. — начал я после паузы — Мне правда жаль. Я…наверное мне нет оправдания. Сам не знаю, что на меня нашло. Просто постарайся понять меня и мои чувства. Полгода меня не было, я вернулся и узнаю, что всё это время ты жила вместе с моим братом. Потом ты признаёшься, что вы целовались. Что я должен думать? Как я должен чувствовать себя? — Дженни не спешила смотреть на меня, оставаясь в прежнем положении. — Я люблю тебя. Больше всего на свете я боюсь потерять тебя. Прошу дай мне шанс всё исправить.

Я замолчал, обессилено смотря на жену. Что ещё можно сделать? Огромный мир сузился до размеров спальни, в которой я находился. Вся моя вселенная — это моя семья. И сейчас я либо рассыплюсь на тысячи атомов, либо получу шанс на исцеление.

— Ты напугал меня вчера. Ты испугал детей. Я не хочу вновь пережить подобное — Дженни оторвалась от окна и наконец, смотрела прямо мне в глаза.

— Такое больше не повторится. Я клянусь тебе, — сделал неуверенный шаг, приближаясь к Дженни — я исправлюсь.

Встать вплотную к ней, тела соприкасаются, ловить её чуть учащённое дыхание, смахнуть тёплой рукой одинокую слезинку, скатившуюся с её щеки. Моя драгоценная Дженни дрожала в моих руках. Я и забыл как она хрупкая и беззащитна, как высок я по сравнению с ней.

— Я люблю тебя, так сильно. Люблю, слышишь? — шёпот прямо в губы.

Она подалась вперёд, ловя мои губы. Раствориться без остатка в этом нежном и таком желанном поцелуе. Быть мягким с ней, нежным, как раньше. А в ответ получить отдачу, её тело шло навстречу ко мне, я чувствовал, как оно горит под моими прикосновениями. Поцелуй начинал перерастать в нечто большее, губы двигались быстрее, жадно лаская друг друга, кусая губы чуть ли не до крови.

— Мне не хватало тебя. — Дженни разорвала поцелуй — Люблю тебя — она обняла меня за шею, скрестив руки, и слегка улыбнулась.

Я был готов снова потянуться за поцелуем и перейти к более интересной части, но внизу послышался шум и голоса. Дети проснулись. Теперь мне предстояло завоевать прощение у своих детей. И я надеялся, что это не вызовет больших трудностей.

Дженни отстранилась от меня, но, не желая окончательно терять связь друг с другом, мы, взявшись за руки, вместе спустились вниз к детям. Увидев меня, они как по команде выстроились по стойке смирно, умолкли и опустили глаза. Я не хотел производить на них такой эффект. Раньше при виде меня они тут же подбегали, чтобы обнять меня, весело смеясь. А теперь мои дети боятся даже просто посмотреть на меня. В этот момент я почувствовал себя настоящим монстром.

— Эмма, Сэм, я так виноват перед вами. — опустившись на колени рядом с моими детьми, я просил у них прощение — Мне очень жаль. Простите меня. Я обещаю вам, больше такого никогда не повторится. Я никогда больше не повышу на вас голос. — дети исподлобья посмотрели на меня, всё ещё боясь — Я так вас люблю, простите меня.

— Всё хорошо, пап — сказала моя дочь.

Эмма и Сэм сделали неуверенный шаг ко мне и обняли. Их маленькие невинные сердца потихоньку оттаивали. Я долго не выпускал детей из крепких объятий, повторяя при этом, как сильно люблю их. Они простили меня и приняли. Я чувствовал каждой частицей своей души, что моя семья, наконец, приняла меня. Мне выпал шанс всё наладить. И я не должен упустить его. Неужели всё возвращается на свои места?

POV Дженни

Придя в себя и кое-как собрав мысли, я позвонила Тому. Мне далось большого труда уговорить Тома не приезжать. Он мог только ухудшить ситуацию. Если бы Билл вернулся и увидел меня вместе с Томом, то страшно подумать о последствиях. К тому же я надеялась, что Билл остынет и не наделает глупостей, что он вернётся домой. Конечно же, о сне можно было забыть. В последние 48 часов мне вообще не удавалось нормально поспать. Мой организм начинал адаптироваться к новым обстоятельствам. Всю ночь я не находила себе места. Понять, что происходит всё равно, что разгадывать невероятно сложный ребус. Мне казалось, что мою жизнь разбили на мелкие детальки мозаики и теперь, чтобы понять что происходит, чтобы увидеть целую картину нужно аккуратно и долго собирать этот пазл воедино. Как у меня ещё голова не взрывается от перегрева.