Дом окружили несколько вооружённых полицейских. Чувство будто я переместился в боевик. Ужасный фильм, где я и Билл в главных ролях. И какой будет финал, никто не знает. Но хеппи-эндом тут явно не пахнет.

Билл вышел на середину двора и раскинул руки в стороны, по-прежнему держа в одной руке биту.

— Ну, же, стреляйте! Чего вы ждёте?! — кричал мой брат — Давайте! Я всё равно никому не нужен! Что струсили?! Слабо, да?! Стреляйте! — он совсем сошёл с ума.

Полицейские кричали в ответ, чтобы он бросил биту и лёг на землю. Они уже были готовы открыть огонь. Господи что мне делать? Я не могу стоять и смотреть, как вот-вот могут убить моего брата.

— Дайте мне с ним поговорить! — я вмешался, умоляя полицейских — Я его брат-близнец. Пожалуйста!

Один полицейский, должно быть, старший по званию, едва заметно кивнул головой. Мне дали шанс. Сейчас всё в моих руках. Жизнь моего брата зависит сейчас от меня. У меня нет права на ошибку. Я не могу, мне нельзя его подвести.

— Билл, послушай меня, это я Том, твой брат-близнец — начал я. — Прошу тебя, брось биту, сделай то, что тебя просят. Пожалуйста! — я сделал шаг к брату, полицейские напряглись — Билл, ты помнишь, если мы уйдём, то только вдвоём, ты — это я, в наших венах течёт одна кровь. Мы всегда будем поддерживать друг друга, куда бы ни поехали, где бы мы ни оказались. Я не хочу здесь быть один, давай уйдем вместе. Я слышу каждый твой вздох, ведь у нас одна участь на двоих. Не отпускай меня, возьми меня с собой. Билл, ты мой близнец. Мы едины. Я люблю тебя.

Слова и строчки из давно забытой песни сами собой лились из моей головы. На глазах навернулись слёзы. Но, кажется эта песня, эти строки, они подействовали. Билл, не скрывая слёз, уронил биту. Он повернулся и посмотрел прямо в мои глаза. Моё сердце сжалось от боли. Я наконец-то увидел моего младшего беззащитного братишку. Моего Билла. В голове образовался полнейший вакуум. Ноги ватные, грозившиеся в любую секунду подкоситься и упасть. Всё как в тумане. Где-то на фоне плакала Дженни. Соседи повыскакивали из своих домов. Полное отсутствие ощущения реальности. Как будто это всё происходит не со мной.

Полицейские, подбежав, повалили моего брата на землю и застегнули на его руках металлические наручники. Что теперь ждёт моего брата? Что теперь будет с Биллом?

========== Глава 9 ==========

POV Билл

Слова Эммы вывели меня из себя. Если даже ребёнок признался, то почему Том и Дженни продолжают делать вид, будто ничего не было? Я топил свою злость и обиду на дне алкоголя. Но виски действовал на меня совершенно противоположно. Он подбрасывал в разгорающийся костёр эмоций всё новые и новые дрова. Огонь ярко пылал, сжигая меня насквозь, а едкий дым от него застилал сознание. Я всего лишь хотел услышать правду. У меня есть на это право. После всего, что я натворил, что я сделал, чтобы вернуться домой, к семье, я заслуживаю услышать наконец признание, а не оправдания и жалкую ложь. Но что я получаю в ответ? Блеяние Дженни, что всё не так. Как же! Только слепой не заметит их влечение друг к другу. Отдаваясь эмоциям и злости, я поднял руку на Дженни. Да, я ударил свою жену. В тот момент я не жалел об этом. Наверное, потом придёт сожаление и раскаяние. Однако сейчас меня держали в плену совсем другие мысли. Лавина осознания, что все те ужасные вещи, которые я натворил в Турции, были зря, снесла меня с ног. Противный голос Джеймса вновь раздался в моей голове. Он насмехался надо мной, обвиняя в его смерти, называя меня убийцей. Всё было зря. Я зря убил человека, зря подставил помощника. Отчаяние, злость, вина и обида — всё это двигало мной. Сдерживать и подавлять это в себе, уже не было сил. Так удачно попалась кухня с ненавистным мне ремонтом. Громя её, я чувствовал нереальное наслаждение. Ярость, накопившаяся глубоко внутри наконец нашла свой выход. Больше в этом доме ничего не будет напоминать о Томе. Мой собственный брат предал меня. Тот, кто клялся, что всегда будет поддерживать и помогать мне, самый близкий и дорогой человек. Только на словах. На деле всё как всегда. И мне плевать, что они считали, будто я мёртв. У них не было права предавать меня!

Ярость и агрессия вспыхивали с новой силой. Кухни стало мало, хотелось разгромить весь дом, всё, что меня окружало. Вещи вокруг были для меня чужими. Я изменился. И я больше не чувствую себя частью этого мира, который создавал годами. Эта сумасшедшая любовь к Дженни топила меня, нещадно убивая, не оставляя шанса на спасение. А Дженни было всё равно. Она влюблена в моего брата. Том…

Мне показалось или я услышал до боли знакомый родной голос? Повернуться и замереть. Передо мной стоял мой брат. Странное ощущение. В голове как яркие звёзды зажглись тысячи вопросов. Что он здесь делает? Зачем он приехал? Чего он хочет?

Ступор. Вот что я чувствовал. Том обнял меня, нос уловил едва заметный аромат женских духов. И вот оно осознание. Меня ударило, будто электрическим током. Ему позвонила Дженни. Вот почему он здесь, из-за неё. Я резко оттолкнул от себя брата. Мне было противно находиться рядом с ним. Предатель. Он не достоин называться моим братом. Жалкий эгоист. Ненавижу его. Как он посмел предать меня? Я столько всего сделал, чтобы вернуться к семье, к нему. А они просто растоптали меня, мои чувства!

Мной сейчас управляло только одно желание — сделать Тому так же больно, как он сделал мне. Не понимая, что я делаю, я начал избивать своего брата. Перед глазами всплыли как кинокадры воспоминания о тюрьме. Злость ещё мощнее опутала меня. Мне столько всего пришлось перенести. И ради чего? Чтобы узнать, что мой брат спал с моей женой?

Превратить наглое лицо Тома в кровавое месиво — вот какая была у меня цель. Но ему надоело сносить удары, и он неожиданно ударил в ответ. Боли я не почувствовал, лишь лёгкое покалывание. Ох, Том, ты даже не представляешь, что это ничто для меня. В тюрьме я получал избиения намного сильнее. А к таким ударам у меня выработался иммунитет. Это даже приятно. Даёт почувствовать себя живым. Том прохрипел что-то о том, чтобы я его пожалел. Наивный глупый Том. Сейчас я был бездушной машиной, роботом, зомби. Можно назвать по-разному. Смысл один: мне плевать. Я лишь совершаю команды. И в данный момент шёпот в моей голове хочет, чтобы я причинил боль Тому.

Неожиданно послышался вой сирен. Решили сдать меня копам? Их я тоже уже не боюсь. Я вообще ничего не боюсь. Окинув взглядом Тома, я вышел на улицу. Полицейские, словно коршуны, окружили мой дом. Ненавижу их. Вся моя жизнь пошла под откос из-за них. Сдаться им после этого? Ни за что. Пусть лучше убьют меня. Мне незачем больше жить, у меня никого не осталось. Моя семья предала и отвернулась от меня. Я чужой, изгой, я лишний здесь.

В тот момент, когда я уже был готов принять свою смерть, я снова услышал этот родной голос. Том настойчиво пробирался в моё почерневшее сознание. Его голос словно путеводная звезда звал за собой. Знакомые слова вытаскивали из памяти светлые счастливые воспоминания. Эти строки — это та самая песня. Я и Том. Мы едины. Он мой брат. Боже, что я натворил? Я изо всех сил ухватился за его голос, выбираясь из чёрной бездны. К свету, к своему спасению. Злость и агрессия покидали мой разум, как трусливые животные, испугавшиеся яркого света. Постепенно я приходил в себя. Вина заполняла освободившееся место. Я столько всего натворил. От отчаяния на глазах выступили слёзы. Слишком далеко зашёл. Слишком.