Сперва было прикольно разъяснять свои слова по поводу "нейтральных", "клопов" и прочего нашего, сугубо русского видения проблемы.

Припоминая все прочитанное и просмотренное, включая и Вайса - Белова и Штирлица - Исаева, мы с сержантом, как два угря на раскаленной сковороде, танцевали, спеша рассказать о деятельности разведок в подобных, "нейтральных" странах - государствах - планетах и о том, как стремительно эти "нейтралы" торгуют налево и направо со всеми сторонами, богатея на чужой крови.

Покоя нам не дали даже после сигнала отбоя, заразы.

Присоединившийся комполка, собрал всех русских, дал нам по десять минут на "толкание речей" и внимательно выслушав, ушел, заплетая все свои восемь лап и расфокусировано поводя своими глазами в разные стороны.

– Проняло!
– Радостно потер руки Гриня Кацман, фанат книг о разведчиках и разведках времен второй мировой.
– Интересно, выводы последуют?

Выводы - последовали.

Гриню, самого настоящего русского еврея, чьи родители сперва смылись на "обетованную", а после его рождения - вернувшиеся обратно в степи Поволжья, а с ним и Корзинкина - забрали приехавшие "синие петлицы".

За два часа до того, как нам отдали приказ грузиться на шаттлы.

Меня - строго-настрого предупредили, чтобы помалкивал и не высовывался.

Ну да, оператор "пливак-а" и не высовываться, очень смешно...

Шаттлы выгрузили нас на борт космического крейсера "Ме-Рона", дооборудованного для перевозки и высадки тяжелых войск наземного базирования.

В основной своей ипостаси, "Ме-Рона" - крейсер поддержки, на котором с удобством располагаются две сотни тяжелых истребителей и сотня - легких.

Обладая продвинутой системой "противомоскитной" обороны, "Ме-Рона", "сбросив" авиацию, занималась отстрелом слишком ретивых москитов противника, ракет и прочей мелочи, на которую у "тяжеловесов" никогда не хватало ни сил, ни времени.

Две башни среднего калибра, по четыре ствола и один разгонный главный калибр.

В обычном бою, "один-на-один", против того же рейдера, даже малого, наша посудинка долго не продержится.

Но, изрядно повыщипывает ему бровки и смоется в прыжке.

Разумеется, если не словит "тяжелых люлей"...

Капитан Хи-п-Ракан, еще один бешеный нашанн золотистого окраса, вежливо поприветствовал нас на своем борту и честно попросил не болтаться под ногами - иначе растопчут.

Через трое суток он попросил об этом уже с нотками раздражения в голосе, а через неделю - матом.

Между прочим, во всем были виноваты его летуны, зацепившие нас в баре!

Я, Скаал Фог и Пишау Ха-Мм, сидели и никого не трогали.

Разумеется, мы слишком громко обсуждали, о том, куда нас закинет судьбина и строили планы.

А вот обсуждать миниатюрную девушку-пилота Таки мы и не думали!

Не знаю, что втемяшилось "летунам", но наряд полиции появился весьма кстати - они схватились за табельное оружие, которое нас, почему-то, заставили сдать!

Основная обида заключается в том, что мы были трезвыми!

И летуны - тоже!

Однако, нас погнали на освидетельствование и "губу", а "летяги" остались в баре, под "крылышком" у бармена!

Пусть не обижаются, что мы им пару истребителей разобрали!

А потом еще пяток, из принципа!

Врете, "небесные ласточки", мы - разведка! Мы пройдем даже там, где спасуют ваши хваленые "железные" нервы и сверхбыстрые компьютеры!

Прыжок к Прэ затянулся на 23 дня.

Когда мы вывалились из подпространства, космос вокруг нас кишел обломками, которые собирали юркие боты, стягивая в огромные облака.

Изредка, в обломках что-то взрывалось, и облако начинало разлетаться, сопровождаемое взрывом ругательств с поверхности планеты и суматошной суетой ботов очистки.

Истребители и мы, к этому времени, уже успели помириться и договориться об условных знаках, четко различимых с воздуха, в случае отказа средств связи.

Вы думаете это невозможно? Ну-ну...

Не бывает невозможного-есть лишь маловероятное!

Планета Прэ оказалась на семьдесят процентов больше земли и с силой тяжести в двоечку!

Рудный мир, опоясанный верфями и нитями орбитальных лифтов, доставляющих с поверхности тяжелые металлы. Попутно, руду таскали с пяти планет и спутника Прэ, уже превратив его дырявчатый сыр, погрызенный голодными мышами.