Я знала, что он боится не только того что клан черных уже имеющий преимущества перед нами, получит еще одно. Но я также была нужна Леннарту и его зверю. Да и честно сказать, понимала, что отдавать человека питающего неприязнь к альфе который к тому же многое знает о клане и его главе, довольно рискованно. Если альфа клана черных волков захочет вытянуть из меня тайны, ему удастся это. Воины умеют развязывать язык своими методами.

Я вздрогнула от этой мысли. Ведьмовская сила уравновесила меня внутренне. На многие вещи я стала смотреть немного по-другому. Моя сила, что досталась мне при рождении и переданная бабкой, подобно семенам, сначала пустила росток, что превратился в бутон. И он вот-вот раскроется, всё моё естество словно ждало этого момента. Именно она, сила, влияла на моё виденье мира и его восприятие. Благодаря ей очасти я смогла обрести внутренний стержень, дабы не сломаться под тяжестью желаний сильных мира сего.

Отвлёкшись на свои мысли, совсем пропустила момент, когда завязался яростный спор. Глава семьи Ньорд, с жаром доказывал, что ведьму нужно отдать. Но его перебил старик, который до этого момента молча сидел в стороне, как и я.

– Девочка должна остаться в клане. Её сила незрима, но очень опасна. Я знавал много ведьм и магов, но Антаида была страшнее многих из них. Не каждый колдун сможет жить рядом с Мёртвым лесом, она же обитала на гиблых топях много веков. Ведьма, сила которой слово и зелье, жила среди мертвецов не страшась. Девочка опасна, её нужно либо спрятать, либо убить. – хриплый голос старика утих, сменившись напряженной тишиной.

Конечно, я понимала, что моя жизнь снова висит на волоске. Если главы решат что я чем-то им опасна, меня могут казнить. Уверена Ульф Фолке никогда на это не согласится. Я его преимущество, живая гарантия на право занять место главы для его сына. Поэтому без страха поднялась, шагнув ближе к участникам спора.

– Уважаемые главы семейств, и вы глава совета старейшин. – громко сказала, я слегка поклонившись. Внутри было тихо ни страха, ни сомнения в не правильности моих действий. – Вы так говорите обо мне, словно я неразумное существо, и совсем вас не слышу. Если же я столь опасна, тогда почему вы подставляете мне свои спины, открыто говорите о намереньях убить меня? Разве ведьмы не злопамятны, и не могут проклясть вас?

Я не знала, откуда берутся эти слова во мне, но продолжала говорить.

– Мне хватит всего одной капли крови, что бы вы начали гнить заживо. – что-то тёмное шевельнулось внутри.

Эта тьма уже поднимала свою мерзкую голову ранее, но каждый раз тепло и свет заставляли её спрятаться в самые укромные уголки моего сознания. Старик возмущённо захрипел, главы вскочили на ноги. Словно я ядовитая змея. Меня бросило в жар, что волнами накатывал. Глава Фолке приблизился прорычав.

– Сядь на место Атира, иначе отправишься в подземелье.

Я не отступала, растянув губы в издевательской улыбке. Темная суть захватывала контроль всё больше. Мужчина, замахнувшись, ударил меня по щеке, я дернулась, но не упала. Скрежет и звук падающих стульев, заставил поднять голову. Широкая спина Сверра Халдора заслонила меня от всего мира.

– Не стоит поднимать руку на женщину. – зло рыкнул он.

– Отойди в сторону, щенок! Я сам знаю, как поставить на место капризную дочь! – отвечал Фолке.

– Думаю, если вы изобьете её, покорности со стороны ведьмы будет мало, глава! – стоял на своём Сверр.

– Ты не подчиняешься мне, щенок?! – бушевал Ульф. Что сказать, он был несколько ниже отпрыска семьи Халдор, который был ненамного, но всё же выше любого в этой комнате. Я захихикала, это было не похоже на меня, я никогда не чувствовала себя так как сейчас.

– Ну что ты Сверр, - издевательски пропела. – глава не сделал ничего, чего бы не делал ты! – мне казалось, словно я разделилась на две половины, тёмную и светлую. Сейчас властвовала тёмная.

– Что же ты молчишь? – хихикнула я снова.

Сверр медленно обернулся ко мне, и вздрогнул. А я всё еще веселилась над шуткой понятной мне одной, но опустив взгляд на руки и сама дернулась как от удара. Ногти удлинились и потемнели, кожа стала бледнее. Я начала ощупывать своё лицо, и в поиске изменений бросилась к окну. В стекле отражалось моё очень бледное лицо и ярко светящиеся глаза. Я ужасно испугалась перемен, себя, той темноты, что ожила в моей душе. Переживая много ужасных дней, я никогда не позволяла ненависти и злости управлять собой.

Обхватив плечи руками, опустилась на пол, напуганная и растерянная. Контролировать жар в теле, который, теперь отчётливо ощущала как нечто чужеродное, больше не было сил. Дар ведьмы слишком сильно влиял на мою личность. Я страшилась, что это изменит меня в худшую сторону.

Кто-то присел рядом, поднимая моё лицо. Сверр сосредоточенно всматривался в него, его рука прикоснулась к моей шее. Чуть ниже чувствительного места за ухом, была небольшая царапина, что жутко зудела. Халдор резко дернул меня к себе, поворачивая так что бы рассмотреть рану. Напряженно изучая её, он наклонился и глубоко вдохнул. Затем поднял голову ко всем присутствующим.