— О чём это они, Крест? — Стакан шмыгнул носом и покосился на дворянчиков. — Я почти ни хрена не могу понять.

— Так это, трындят, типа рукоблудие шибко вредно для глаз и ишшо от него шерсть на ладонях растёт, — Стакан выкатил на меня зенки, а после уставился на свои руки. Кусок громко заржал. — Эй, Величие, у меня тут вопросик имеется. Ну, чисто по вашему базару.

— Желаешь обсудить методы трансгрессии инфернальных сущностей из преисподней? — устало спросила Хлоя, даже не повернув ко мне головы.

— Ишь, как ты зачётно умеешь ругаться! — восхитился я. — Не, вопросец другой: вот скажи, ежели энто чёртов гнездовье притащили сюда из адского ада, или откуда ещё там, то как думаешь, в тот момент в нём пусто было или жили какие-то гадские тварюки?

Джессип и Хлоя переглянулись. Блондинчик несколько раз ткнул в мою сторону указательным пальцем, кивнул и ухмыльнулся.

— Я же тебе говорил, — сказал он. — И заметь, пока мы обсуждаем общую теорию, этот олух глядит в корень. Да, действительно странно: в городе на данный момент жили одни люди, хоть строения определённо предназначались для совершенно иных существ.

— Погоди, — Хлоя остановилась, подняла правую руку и закрыла глаза. Повернула голову из стороны в сторону. — Что-то тут не так. Вроде бы ощущается некая пульсация. Похоже…

— Приготовились, — скомандовал я своим и достал нож.

Кусок стал в полуприсяде, согнул руки в локтях и выставил кулаки перед собой. Я уже видел такую стойку прежде — у бродячих борцов, которые выступают перед публикой за деньги. Не знал, что громила и этим промышлял. Стакан топтался на месте, скалил зубы и помахивал ножом — чисто тебе урка в подворотне. Джессип стал перед королевой и вынул меч. Воздух сгустился так, что давило на виски — верный признак какой-то близкой мерзопакости.

Но ведь ни черта не происходило! Тихо булькала вода, глухо ругался Стакан, тяжело дышал Джессип и опять завёл свое молитвенное бормотание Кусок. Вроде бы что-то негромко щёлкнуло…Справа? Чёрт, мне кажется или колонна немного провернулась? Внимание!

В голову пришла мысль рвануть вперёд, но толком додумать я её не успел. Колонна справа резко провернулась, открыв чёрную дыру в стене. Завоняло кислым и в тоннель повалили какие-то бледно-серые твари. Вот только рассмотреть их, как следует не вышло: прошла всего пара мгновений, а они уже оказались рядом и тут же полезли в драку.

Я мгновенно потерял спутников из виду: перед глазами мелькали чешуйчатые лапы с длинными извивающимися во все стороны пальцами, змеиные головы с гребнями и сверкали крохотные красные глазки.

С ходу получилось подрезать одну тварь, ударить локтем в рыло вторую, приложить лбом промеж глаз третью и наподдать четвёртой промеж лап. В пятой нож застрял и пропал из виду, а ноги тотчас скрутили — не вырваться. Я успел выдавить глаза ещё одному врагу и наотмашь врезал кулаком тому, что толкал в грудь.

Всё, меня повалили на пол и как я не извивался, не кусал и не бил связанными ногами, подхватили и потащили в дыру на месте колонны. Потом какая-то вонючая дрянь, вроде жмута водорослей шмякнулась на рожу и в башке всё начало кружиться. Последнее, что слышал — пронзительный женский крик.

7.

Бабский вопль становился то тише, то громче, да так, что аж звенело в ушах и до хруста отдавалось в башке. Хотелось рявкнуть, чтобы дура наконец заткнулась и дала спокойно поспать. Я же вроде как завалился отдохнуть или нет? Дерьмо, никак не могу сообразить, где эито я и что делаю вообще.

Погоди. Стоп. Мы вроде как бухали в Корпетсе и Лиса…Нет, я помню, как внутри всё натурально горело, когда она послала меня подальше. Мы уехали, а после, что случилось после?

Бабский крик мало-помалу превратился в протяжную тихую песню, что-то типа колыбельной. Ну вот, нормально, теперь можно и засыпать. Твою же мать, почему так неудобно? Я не могу сунуть ладонь под щёку, потому что…потому, мать его, что руки связаны за спиной! Какого дьявола? И на морде что-то вроде мешка, через который я ни хрена не вижу.

Точняк: нас же повязали в том чёртовом тоннеле, который вёл из разрушенного Гнезда к Тихому. Да, мы в очередной раз навели шороху и в очередной раз вляпались по уши в дерьмо. Но пока ещё живы, значит — побарахтаемся. Но тогда кто это завывает? Ежели не Хлоя окончательно свихнулась, значит рядом изводится какая-то другая баба.

Я перевернулся со спины на бок и попытался стащить мешок, натянутый на башку. Не получилось. По ходу эту дрянь завязали на шее. А ежели рвануть зубами?

— Перестань. — а голосок-то у неизвестной весьма ничего себе! Ежели всё остальное подстать, то с такой неплохо бы покувыркаться. Хотя бы для того, чтобы хоть чуть забыть распроклятую Лису. — Скоро тебя освободят, так что не трать силы понапрасну.