Девушка спешила. По коридору. Через общую комнату. В главные коридоры. К гостевому крылу. В комнату Дэша.

Она стучала и стучала, пока двери не открылись.

Дэш вышел из ванной, выглядя гладким, красивым и решительным в форменной одежде.

Сегодня вечером он отправится на банкет.

Он уже почти собрался.

— Талия, — выдохнул он, его голубые глаза расширились.

— Что ты делаешь? Тебе нужно убраться отсюда. Тебе нужно немедленно уходить!

— О чем ты говоришь? Я пойду…

— Ты не можешь пойти на банкет. Маршалл подозревает тебя. Он сказал, что собирается проверить тебя. Он узнает, кто ты и что скрываешь, и он тебя арестует. Он поймает тебя, Дэш!

Он выслушал стремительный шквал её слов, и в выражение его лица поселилась обреченность, что она уже не один раз видела на его лице.

— Это не имеет значения, — сказал он мягко. — Будет уже слишком поздно.

— Как? Зачем? Дэш, пожалуйста!

— Тебя не должно быть здесь. Я знаю, что делаю.

Она схватилась за его куртку.

— Дэш, пожалуйста, просто уезжай отсюда.

— Талия, я не могу. Я говорил тебе. Мне нужно сделать что-то более важное, — несмотря на его слова, его глаза были потеряны и с затаённой болью. Душераздирающий взгляд.

— Но я говорю тебе, что ты не сможешь сделать то, что собираешься. Маршалл не допустит.

— Он не сможет остановить меня. Мне просто нужно отправиться на банкет сегодня вечером.

Она опустила руки, всё ещё силясь обдумать и понять его слова.

— Что произойдёт на банкете?

— Я, наконец, окажусь в той же комнате, что и Верховный Директор.

— Но что это даст…

— Это то, для чего я здесь. Я наконец смогу снять маску.

Теперь он пугал её, холодностью, безжалостностью.

— Он… он узнает тебя?

— О да, — выдохнул Дэш.

— Но тогда он узнает, что ты преступник! Поддельная запись ничего не значит. Ты будешь арестован и не сможешь ничего сделать.

— Всё, что мне нужно, это несколько секунд, — он прочистил горло, внезапно выглядя больше похоже на себя. — Талия, пожалуйста, тебе нужно уйти. Ты рискуешь, находясь здесь, и мне становится всё труднее решиться. Я не могу позволить тебе искушать меня быть… мягким.

— Мягким? — её ум, наконец, собрал кусочки. У неё было всё, что ей нужно. — Дэш, что ты собираешься сделать? Ты думаешь, ты собираешься… убить его?

Дэш не ответил.

Ему не нужно было. Она увидела ответ на его лице. Она задохнулась.

— Ты прибыл сюда, чтобы убить Верховного Директора?

— Да, — сказал он очень тихо, без какого-либо выражения на лице. — Кто-то должен. Он должен ответить за всё, что сделал.

— Это твой план? Это какое-то организованное восстание, частью которого ты являешься?

Он покачал головой и облизнул губы, прежде чем ответил.

— Это не восстание. Это только я. Это просто… моё решение.

— Но это ужасное решение! Они тебя убьют! Они убьют тебя, Дэш!

Очень медленно он повернулся, чтобы встретить её взгляд.

— Некоторые вещи важнее. Это мой долг, — Дэш очень тихо добавил: — Моя жизнь прошла.

Это вернуло её в действительность. Она почти скрипела зубами, когда говорила:

— Ты идиот! Ты всё ещё пытаешься наказать себя, страдать, потому что считаешь, что не заслуживаешь счастья.

— Я не могу быть счастлив. Я не могу. Не в загубленном им мире. Мне нужно ответить.

Она поняла его. Она поверила ему. Но она также знала кое-что ещё.

— Тогда ответь! Ответь, но по-настоящему! Не так, как ты задумал. Думаешь, после твоего поступка всё будет исправлено? Даже если тебе удастся его убить, ничего не изменится. Всё будет зря. И ты это знаешь. Ты знаешь это! Это не миссия. Это не настоящий ответ. Это самоубийство. Это самоубийство, которое ты вынашиваешь годами.

Выражение его лица слегка колебалось.

Она резко вздохнула.

— Ты знаешь это. Ты не хладнокровный убийца, Дэш. И ты не такой, как он.

— Я не слабый, — отрезал он резким тоном.

Она потянулась, чтобы взять его лицо в свои руки.

— Конечно, ты не слабый. Ты такой сильный. Но твоё сердце сильнее. Ты пойдёшь на этот банкет и предстанешь перед Верховным Директором, и ты не сможешь сделать задуманное. Независимо от того, сколько ты жаждешь ему наказания, независимо от того, насколько ты его ненавидишь, ты никогда не сможешь хладнокровно убить человека. Ты знаешь это. И ты знаешь, что ты умрёшь в процессе. Всё, чтобы доказать, что? Доказать, что ты не слабак? Доказать, что кто-то должен хоть что-то сделать, чтобы исправить ситуацию?