Шрифт:
Ничего себе. В нормальном храме за алтарные врата даже жрец не ходит без очистительного обряда, а тут…
За вратами был небольшой закуточек (назвать это место алтарем язык не поворачивался), щедро уставленный вазами с цветами. Я подозрительно оглянулась на стража, который, сдерживая смех, подталкивал меня дальше. Они, правда,собираются кормить меня цветами? За вазами я увидела самую обыкновенную дверь, а за ней — самую обыкновенную комнату. Кровать стояла у стены с окном, чуть сбоку — от чего ее не видно с улицы, даже когда занавески отдернуты. С другой стороны от окна так же маскировался шкаф.
Посередине комнаты стоял крепкий деревенский стол, а рядом — пара стульев, на один из них я в изнеможении опустилась. Страж зашел следом за мной, небрежно швырнул сумки в угол и уселся на второй стул. Жрец радушно предложил располагаться как дома и оставил нас вдвоем, деликатно прикрыв за собой дверь.
— Страж, — жалостно протянула я. — Это что такое?
— Это, — давясь от смеха сообщил страж, — храм культа Заклятых. Здесь им поклоняются, как святым заступницам. Не бойся, — добавил он, посмотрев на мое вытянувшееся лицо, — святого характера с тебя никто требовать не будет.
— Разве можно устраивать культ живых людей? — поразилась я.
— Можно. Только Заклятые редко попадаются, у них свои дела есть.
— А в других деревнях культ другой?
— В лесных — везде такой, а которые у дороги — забыли уже. Раньше все деревни жили в гармонии с лесом и почитали Заклятых. А Заклятые защищали их от нечисти и всякой дряни, которой и в лесу хватает. А потом пришла ваша городская цивилизация — часть деревень от нас отдалилась, забылась, вот и пытаются умилостивить лес жертвами.
— Что значит «ваша городская»? — обиделась я. — У нас с деревней один язык, одна культура…
— Ты действительно так считаешь? — лениво поинтересовался страж.
— Нет, ну есть небольшие различия, мы их изучаем… но это ведь только пережитки, и вскоре…
— Вскоре, — подтолкнул меня страж, но я замолчала. Официальную религию эта деревенская отсталость начала уже раздражать, и сейчас разрабатывается специальная миссионерская программа. К счастью, в дело вмешались этнографы, поэтому переход деревень в ортодоксальную культуру планируется проводить постепенно, «без потери уникальных особенностей». Рассказывать стражу об этом не хотелось.
— А что мы будем есть? — вместо ответа спросила я. — Если и впрямь цветы, то я здесь не останусь, и плевать мне на авторитет Заклятых!
— Не переживай, Госпожа, — успокоил меня страж, поднимаясь. — Ты и вправду располагайся, а я пойду распоряжусь. Не волнуйся, все будет хорошо.
Глава 12
Располагаться, то есть раскладывать вещи и обживать помещение я не стала. Мне всегда казалось: чем больше готовность тронуться в путь, тем быстрее это получится.
Поэтому я выбралась из храма осмотреть деревню. И зданиями, и одеждой крестьян, и даже выражениями лиц эта деревня была не похожа на виденные мной раньше. Речь здесь вроде была чистой, без присущего деревенским выговора, но я, к сожалению, не специалист по языковым особенностям.
Интересно, как они могли нас выследить? Страж бы заметил — за нами идут в его лесу, а в чужих лесах нам бы об этом сообщили…
У кого бы спросить?
У кого спросить, я не нашла. Зато меня нашла какая-то замызганная бабка, которая вцепилась в меня мертвой хваткой и, называя попеременно то «внученькой», то «Госпожой Заклятой», принялась умолять о помощи. Я быстро сориентировалась:
— Это и есть та помощь, которая вам нужна? — уточнила я, делая упор на «вам». Не знаю, что на меня нашло, но, если старуха не заметит подвоха, у меня будет неплохой шанс выкрутиться.
Не заметит, как же! Бабка тут же почуяла ловушку и залебезила:
— Да что ты, внученька, что ты! Нам другая помощь нужна, а пока подсоби старушке, немощной, одинокой, несчастной…
Не повезло. Я надеялась — бабка договорится со мной «от имени» деревни, и, выполнив ее просьбу, я смогу спокойно уйти. Откуда я знала — это допускается правилами, которым беспрекословно подчиняются и волшебники, и волшебные существа вроде стража? Ума не приложу. Знала и все.
— Чего ты хочешь, бабушка? — поинтересовалась я со вздохом.
Бабка разразилась тирадой, в которой я поняла только «радикулит», «спина» и «огород». Этого было достаточно. Лечить я не умею, а грядки полоть…
— Видишь ли, бабуся, есть вещи, которые Заклятые не…
И тут появился страж.
— В чем дело? — осведомился он. — Огород? Помочь некому? Не волнуйтесь, бабушка! Госпожа Заклятая будет счастлива помочь вашей беде. Где тут у вас лопата?
Я заскрипела зубами от бессильной злобы.