Когда я замолчала, то внезапно поняла: звезды не подмигивали, а скрывались за клочками туч, собирающихся воедино. И теперь из-за туч неба вообще не видно. Вдалеке сверкнула молния. Раздался гром, потом я услышала шум дождя, прозрачного и оттого невидимого в темноте.

Я прижалась лбом к стеклу, тщетно напрягая зрение…

Разбудил меня стук в окно. Я сонно протерла глаза: не было никаких признаков прошедшего дождя: чистое небо, на котором только-только занимался рассвет. Дождь мне, наверное, приснился, решила я, и только потом взглянула на брусчатку, которой была вымощена площадь и отходящие от нее улицы. Она была мокрая. А напротив окна стоял обозленный страж, и его вид не предвещал ничего доброго. Чего это он?

— Что случилось? — сонно пробормотала я, открывая окно.

— Госпожа, ты вещи сложила? — вместо ответа спросил страж.

— Вещи? — Я непонимающе взглянула на Орсега. — Я их не распаковывала.

— Тем лучше. Давай сюда сумку, мы уходим.

— Но почему?

— Ты, кажется, торопишься, — напомнил мне страж.

— Несколько часов ничего не сделают, — буркнула я и потянулась закрывать окно. Страж удержал створку.

— Не спорь, Госпожа, я сказал — идем! — Говоря это, Орсег грозно нахмурился и я сочла за благо послушаться. Почему он так сердится?

Я покорно протянула стражу в окно свою сумку (чемоданы мы почтой отправили в Варус, так же как и «его» вещи, купленные в столице) и направилась к дверям.

— Постой, Госпожа, — остановил меня Орсег. — Лезь в окно.

— Зачем еще? — Я потрясла головой, окончательно сбитая с толку. Нет, мне не впервой вылезать в это окно, но почему нельзя выйти через дверь храма?

— Не спорь.

Я пожала плечами и залезла на подоконник, откуда страж меня осторожно снял.

— Как хорошо, — прошептала я, — в храме на окнах не держат цветов. Представь, как бы я тогда мучалась.

— Вроде тех колючек, которые стоят в доме твоих родителей? — равнодушно бросил страж. — Их специально поставили, чтобы ты в окно не лазила?

— Ничего ты не понимаешь в комнатных растениях! — обиделась я.

— Пусть так, — спокойно согласился страж, вскинул мою сумку на плечо и зашагал прочь.

— Эй, что случилось? — Я бросилась его догонять.

Страж шел к лесу очень быстро и не оборачивался, и мне то и дело приходилось переходить на бег.

Мы прошагали несколько часов в полном молчании; солнце уже давно встало, когда я, не выдержав, остановилась и дернула стража за рукав.

— Что случилось? — требовательно спросила я. — Ты со мной уже не разговариваешь?!

— Госпожа, — устало ответил Орсег. — Скажи правду, ты вызвала ночью дождь?

— Ночью? — Я напрягла память. — Разве это мне не приснилось?

— Значит, вызвала?

— Орсег, подумай сам, как я могла вызвать дождь? У меня даже Силы нет.

— И ты к ней не обращалась? — уточнил страж.

— Нет!

— Но ты вызвала дождь…

— Я ничего не понимаю, — пожаловалась я.

— Хорошо, Госпожа, начнем сначала. Почему ты это сделала?

— Я?

— Не я же!

— Но я ничего не делала!

— Госпожа, не лги!

— Но я…

— Ашатан! — Этот окрик, как всегда, заставил меня вздрогнуть.

— Но я правда не знаю. Вечером ко мне подошел жрец и попросил вызвать дождь.

— И ты согласилась? — горько спросил Орсег.

— Ну… в общем да…

— А потом?

Я рассказала. Когда я закончила, страж выглядел таким утомленным и несчастным, каким я не видела его никогда.

— Теперь понятно, зачем они поселили меня на самом краю деревни. Чтобы я не смог тебя предупредить. А я не мог понять, с чего они так расщедрились!

Я промолчала, зная: «щедрость» деревни была вызвана в первую очередь моим обещанием, и только потом хитростью жреца. Или ими одновременно.

— Ты хоть понимаешь, что натворила?

— Нет! И я вообще не понимаю, как это случилось! Я ведь даже не колдовала!

Страж тяжело вздохнул.

— Ты Заклятая и Хозяйка леса, — пояснил он. — В этом храме, стоит тебе хоть раз провести магический обряд, любое твое желание приобретает волшебную силу, а твоя подруга поделилась с тобой Силой музыки. Вот ты и вызвала дождь. В другом месте у тебя бы ничего не вышло. — Он еще раз вздохнул.