«Итак немало отношений с этой стихией сложилось в последнее время. Так мне же мало! Давайте искать последние шансы на выживание в грязной тине и густом иле. Вот идиллия! М-м-м…»

Насобирал еще пять штук — больше не увидел, да и просто устал возиться в грязи. Благо хоть солнце наконец изъявило желание немножко обогреть местность, которую два дня терроризировала непогода. Ну, и меня в том числе.

Когда песочный заваленный корягами и листьями берег сменился мягким мхом, я решил свериться с компасом и придумать, как вернуться на прежний маршрут. В теории можно было рассчитать угол между приблизительным местом падения и нынешним местоположением. И идти в ту же сторону, но под заданным углом. Даже если принять во внимание приблизительное расстояние до деревни Максима, построить несколько треугольников в максимальном и минимальном значении разброса данных. Затем взять среднюю величину и идти в этом направлении. Тогда, возможно, ошибусь на несколько сотен метров, но это уже не беда.

И решил пойти тупо вперед, взяв лишь чуть-чуть правее, а если быть точным — на десять градусов севернее.

«Как я это вычислил? Да просто посмотрел, куда течет река, и сколько меня могло по ней тащить, учитывая течение».

Когда-то отец рассказывал про это в одном из походов. Вот и пригодилось. Спасибо ему.

«Интересно, как скоро я смогу его увидеть. Особенно сейчас, когда я черт знает где и без даже минимального набора скаута. Что бы отец сделал в этот момент? На самом деле, в трудных ситуациях, я всегда задаю себе этот вопрос. Я не уважаю своего отца, как родителя. Но восхищаюсь им, как личностью, успешным предпринимателем и блестящим руководителем. Кстати, достаточно часто я сам получаю ответ на свой вопрос, анализируя все, что знаю об этом человеке. Одновременно родном и чужом».

Лес снова накрыл меня одеялом прохлады и волнами своей живой замысловатой песни. Но в воздухе витало слабое напряжение.

«Это чувство мне казалось не собственным. Словно кто-то подсказывает моей пятой точке, что тут лучше не ловить приключений. Леска не выдержит. Хах!».

Первое время я думал, что яд снова работает. Когда начал двигаться, появились странные ощущения, как тогда… Но очень приглушенные. Казалось, что улучшились все органы чувств. Картинка перед глазами стала четче и немного ярче. Звуки — громче, чище и отчетливее. Координация увеличилась в разы. Ощущение легкого дискомфорта, напоминающего чувство от рукава, закатанного под курткой, пропало. Хотя оно оставалось при мне с самого старта игры.

«Я объяснял это чувство тем, что адаптация к новому телу занимает время».

В тот момент я чувствовал игровую био-оболочку, как свою собственную, с которой родился.

На ходу решил проверить характеристики и был приятно удивлен. «Адаптация» и «Ловкость» порядком подросли и вырвались в лидеры. Следом на пятки наступала шкала интеллекта, а в хвосте плелись выносливость и сила.

«Что дало такой резкий скачок, я так и не понял».

В умениях появился элемент воды, но новых скилов пока не заметил. А вот пассивные способности приятно удивили обильным пополнением и ростом. Но больше всего они затрагивали навыки передвижения, ориентирования, исследования мира и немного физических данных. Эффект некоторых чувствовался сам по себе.

«Это, конечно, было приятно, но того факта, что я в полной заднице, это не отменяло. Поэтому дальше я продвигался с таким же хмурым лицом. Не знаю, как со мной люди до сих пор общаются и находят общий язык. У меня же почти всегда такое выражение. Угрюмое. Безучастное. Полуживое. Только в играх я открываю весь спектр эмоций, которые скрываются под личиной интроверта. Может, именно поэтому что-то достойное у меня выходит именно в играх? И больше нигде».

Пока разбирался в новых показателях своего бренного виртуального тела, машинально брел в заданном направлении. И вдруг краем глаза зацепил странный объект, который слишком грубо врезался в идеальную природную картину. И что вы думаете? Это оказался труп игрока… Только я, значит, выбрался из одной напасти, так эти божественные официанты преподносят мне новое экстремальное блюдо их адской кухни. Бедолага лежал лицом вниз с большой сквозной раной в спине.

«Твари! Со спины зарезали. Таких больше всего ненавижу. Крысы кустарные. Не даром говорят — какой стиль игры, такой и сам человек. В игре ведь никто не запретит своевольничать. Вот и делают, уроды доморощенные, то, что вздумается. В народе их еще называют ПК — плеер-киллеры».

Благодаря следам разного размера вокруг потерпевшего, я догадался, что врагов несколько. Местами кочки мха были сильно вздернуты, словно кто-то втыкал в них лопату, а потом резко вырывал небольшие куски и бросал неподалеку. Из стандартных предметов при игроке ничего не нашлось. Синий костюм казался чересчур поношенным, словно этот человек ходил в нем уже несколько лет. Голова бритая, без каких-либо татуировок и шрамов, идеальный ровный череп.

«Как шар для боулинга. Хах».

Взгляд упал на странный символ на плече, который слегка мерцал голубоватым оттенком, на последнем издыхании. Тут же в интерфейсе выскочила краткая сводка об игроке. Ник: Петр744856.

«Как оригинально-то, ой, аж не могу!».

Идентификационный личный номер игрока 000021.

«И не влом им было это писать? А номер-то какой! У меня начинался с тысячных. Он, видимо, давно в игре».

А ниже висела подсказка: Выжил 405 дней.

Вот на этом месте я впал в ступор.

«Что? Он больше года в игре? Как? Альфа-тест? Тогда он должен быть в разы сильнее бета-тестеров! Стоп. А кто смог завалить такого буйвола? Его звездочка базовых характеристик, которая висела правее, была достаточно широкой и с высокими показателями. Да тут и десяти игроков не хватит. А они его так быстро завалили? Тогда кто они такие?»

Я вернулся к быстрому шагу.

— Почему труп не разлагается и не исчезает, как обычно оно бывает? — спросил я сам у себя.

— Может, очередной баг? — ответил кто-то моими губами.