Его слова встретили ворчанием. Любопытно. Я представляла, что боевые пилоты держатся с большим достоинством. Может, это Йорген так на меня повлиял.

Мы полетели в указанном направлении, и впереди начали падать большие обломки. Куски металла сыпались дождем, одни — яркими росчерками огня и дыма, другие — те, что с подъемными кольцами или не разрядившимися подъемными камнями, — опускались медленнее. Мы осторожно приблизились к границе зоны.

— Отлично, — сказал Нос. — Нам надо показать этим курсантам пару маневров. Пока высматриваем креллов, давайте прошвырнемся через обломки. Если заметите исправное подъемное кольцо, пометьте его радиомаячком, чтобы потом подобрать. Болото и Мелодия, вы первые. Локальный курс — восемьдесят три. Возьмите на хвост двух курсантов. Суши и Норд, у вас курс семнадцать, прихватите Говнюка. Может, он прочтет вам лекцию о надлежащей процедуре. Вам, недоумкам, это не помешает.

Мы с ФМ последовали за пилотами, которые очень осторожно, даже немного неуклюже миновали обломки. Мы не пользовались светокопьями. Болото — пилот, который подшучивал над Йоргеном, — выстрелил радиомаячками в несколько больших кусков мусора.

— Ваш командир звена всегда такой? — поинтересовался он. — Будто у него рычаг управления в заднице заклинило?

— Йорген замечательный командир! — огрызнулась я. — Нечего катить бочку на человека только потому, что он ждет от тебя выложиться по полной.

— Ага, — добавила ФМ. — Если уж выбрал себе цель, какой бы в корне ошибочной она ни была, уж изволь выполнять свои обязанности как следует.

— Скад, — произнес Болото. — Слыхала, Мелодия?

— Слыхала, как тявкают щенки на линии, — ответила та. Голос у нее был высокий, тон презрительный. — К сожалению, курсантов не слышно.

— Поосторожнее, — сказала я, сердясь все больше. — На следующей неделе мы станем полноправными пилотами, и я посоревнуюсь с вами за сбитых креллов. Попробуйте тогда нас обскакать.

Болото рассмеялся.

— Пара дней до полноправного пилота? Надо же, какая ты взрослая.

Он врубил ускоритель и опять ринулся в гущу обломков. Мелодия летела у него на крыле. Мы с ФМ бросились следом. Болото приблизился к падающему куску мусора и крутанулся вокруг него с помощью светокопья.

Маневр он выполнил грамотно, но ничего особенного не продемонстрировал. Облетел еще один обломок, который пометил как добычу. Мелодия последовала за ним, хотя, развернувшись слишком резко, в итоге промахнулась мимо второго обломка.

Мы с ФМ летели за пилотами на приличном расстоянии, наблюдая, пока ФМ не сказала по личному каналу:

— Штопор, похоже, они выпендриваются.

— Да ладно, — отозвалась я. — Это были базовые развороты. Они же не думают, что впечатлят нас…

Я осеклась, когда загорелся огонек линии Болота.

— Детишки, это называется маневры со светокопьем. Вас могут выпустить из школы, но вам еще многому учиться.

Я недоверчиво посмотрела на ФМ. Логически я понимала, что большинство курсантов сосредотачивались на ближнем бое и пальбе из деструкторов. Кобб говорил, что это одна из проблем АОН: курсантов в основном учат убивать, а не летать. Но даже зная это, я была потрясена.

Эти пилоты правда ждут, что мы завизжим от восторга при виде маневров, которым Кобб обучил нас в первые недели в школе?

— Два-четырнадцать? — предложила я ФМ. — С двойной прямой в конце и клиновым пролетом?

— С радостью, — отозвалась она и врубила форсаж.

Мы стремительно понеслись вперед и разлетелись в противоположных направлениях, крутанувшись вокруг большого обломка. Я развернулась вокруг еще одного пылающего куска, проскочив снизу, а потом взмыла в небо, поставив подъемное кольцо перпендикулярно. Промчавшись между двумя большими обломками, я пометила оба, а потом облетела тот, что покрупнее, и нырнула вниз.

ФМ неслась прямиком на меня. Я запустила в нее светокопье, развернулась и врубила форсаж. Мы мастерски обернулись друг вокруг друга, сохраняя импульс. Мои гравиконы вырубились, как раз когда я вышла из маневра.

После витка ФМ стрелой полетела на восток, а я на запад. Мы пометили по обломку и, опять сблизившись, вернулись к Болоту и Мелодии.

Они не сказали ни слова. Я следовала за ними молча, ухмыляясь, пока снова не загорелся огонек связи.

— Вы случайно не ищете себе звено после выпуска? — спросил Нос. — У нас есть пара свободных мест.

— Посмотрим, — ответила ФМ. — Может, я пойду в разведчики. Похоже, в вашем звене скучновато.

— Что, покрасовались? — прорезался голос Йоргена по личному каналу. Он возвращался с напарником.

— С чего бы это? — спросила я.

— Штопор, если тебе сломать восемь ребер и привязать к столу, ты и в горячечном бреду все равно найдешь способ всех посрамить.

— Эй! — Я ухмыльнулась, оценив комплимент. — Большинство людей сами себя срамят. Я просто стою в сторонке и не вмешиваюсь.