— В какой-то момент отец приезжал в деревню, но… Участковый — хороший бабушкин друг. Да и живет по соседству. Его даже за забор не пустили. Ну а со временем он больше озаботился своим крестовым походом на психологов. Не только на вас, но и вообще на всех. Он сейчас даже какую-то общественную комиссию возглавляет. Пытается добиться какого-то дополнительного лицензирования для психологов, или что-то в этом роде.

Какое-то время все молчали, ожидая, что Костя продолжит рассказ. Но он не сказал больше ни слова.

— Дарья, в какой-то момент в СМИ появились расшифровки некоторых ваших сессий с Константином. Приглашенные эксперты разбирали эти расшифровки буквально на потеху толпе. У вас есть подозрения, как они попали к журналистам?

— Нет, — соврала Даша.

— Хорошо, — с явным сожалением в голосе не поверил ей Айрат. — Эти эксперты утверждали, что вы действительно верили, что в теле мальчика живет разум контр-адмирала из космоса. Это правда?

Даша долго молчала. Потом спросила:

— Какое это имеет значение для вашей книги?

— Никакого, — признался Айрат. — Думаю, я не буду об этом упоминать.

— Тогда зачем вы спрашиваете?

— Не знаю, — признался он.

— Но все-таки ответьте, — попросил Костя. — Теперь это не так уж важно, но…

— Да, — сказала Даша.

Какое-то время все трое молчали, а потом вдруг что-то грохотнуло. Этот жуткий звук сопровождался чем-то вроде ударной волны. Зазвенели сигнализации машин, задребезжали стекла, повалился зонтик, укрывавший от солнца столик, за котором сидели Даша, Костя и Айрат. Но солнца не было. Над ними нависла какая-то неестественная тень.

Даша посмотрела вверх. Прямо над ней, прямо над всем городом в воздухе висело что-то громадное — настолько, что охватить его взглядом не получалось. Что-то колоссальное, металлическое и покрытое гарью. В глаза Даше бросилось единственное белое пятно — эмблема. Меч, хризантема и череп.

У нее закружилась голова, к горлу подступил ком. Прямо в голове раздался ужасающий скрип, скорее похожий на скрежет стекла. Этот звук исходил не снаружи. Он рождался прямо в мозгу. Вскоре он исчез, его сменил строгий, властный голос.

— Внимание, говорит командующий карательным корпусом, капитан первого ранга Кэйташи. Приказываю правительству этой дыры выдать мне контр-адмирала Сато. Личный номер СУ-388588. В противном случае мы начнем высадку войск для проведения наземной операции. У вас есть семьдесят два часа на раздумья. И сохрани вас Бог-Император, если вы примете неверное решение.

Наступила тишина. Замер, кажется, весь город, если не весь мир. Костя вдруг истерически расхохотался.

— Я ведь не один это вижу? — с неподдельным сомнением уточнил Айрат.

— Нет, — покачала головой Даша.

— Но это же… Он не сумасшедший! — писатель ликовал. — Он настоящий контр-адмирал! Он… Да это все меняет!

Даша устало вздохнула и разочарованно покачала головой.

— Это ничего не меняет, — буквально на секунду опередил ее этой фразой Костя.

— Не понял…

— Чему вы радуетесь? — грустно спросила Даша. — Тому, что Константин снова не нужен?

Айрат осекся и сожалеюще посмотрел на нее.

— Я просто…

— Вы можете наблюдать, как изменилась норма. Над нами висит космический корабль, мгновенно доказавший существование инопланетян. Теперь это наша норма. Контр-адмирал в теле ребенка теперь тоже норма. И не пройдет десяти лет, как в некоторых местах люди будут буквально поклоняться детям, считающим себя контр-адмиралами. Прилетевший сюда карательный корпус в определенном смысле легализовал подобные случаи. Но с точки зрения человека — ничего не изменилось. Когда-то я работала с контр-адмиралом, от которого общество требовало стать ребенком, а перед тем родители, в некотором смысле, требовали стать кем-то другим, что только усугубляет этот ад. А теперь мы имеем мужчину, от которого требуется стать контр-адмиралом. Где во всем этом человек?

Все трое молчали. Костя взял Дашину чашку из-под кофе и с улыбкой крутил ее в руке.

— Но… нам нужен контр-адмирал, — заметил Айрат. — Как бы паршиво это ни звучало.

— Перебьемся, — пожала плечами Даша.

— Они же сказали, что проведут наземную операцию, если через семьдесят два часа им не выдадут контр-адмирала!

— Пусть проводят, — пожала плечами Даша. — Я устала от всего этого. Пусть хоть весь мир сгорит в огне. Мне плевать.

Снова наступила тишина, прерываемая отдаленным воем сирен и шумом разговоров. Город впадал в панику. Зазвонил телефон.