— Север, иди в дозор. Возьми с собой Нефрита. И будьте начеку.

Сердце замерло и провались куда-то в область пупка, зарыдав там глухо и отчаянно.

Неужели что-то случилось?!

Видя, как еще сильнее побледнела крошка Мия, но все равно осторожно встала, выпрямляясь рядом со своим могучим синеглазым мужем, я старалась храбриться и не выдавать вида, что готова выть и рыдать навзрыд лишь бы только они никуда не уходили!

Я была готова умолять их бросить это дело и просто вернуться домой прямо сейчас, но стоически молчала, кусая губы, когда Нефрит поднялся вслед за братом, чуть приобнимая меня, явно чувствуя, что я готова упасть на холодную сырую землю нашей пещеры.

Очевидно, что и Север и Нефрит принюхивались, глядя словно куда-то вглубь себя, явно пытаясь уловить опасность, когда Север чуть нахмурился, окинув Карата подозрительным, но не злобным взглядом:

— Почему именно мы и именно сейчас? Газве не ты говорил, что на нас не будут нападать и придут в назначенное время к ритуальной скале?

— Не стоит полагаться на догадки, дети — просто пожал плечами наш невероятно сексуальный и такой же невероятно хитрый папа, — Лучше всегда быть готовым к любым выпадам противника.

Север и Нефрит сосредоточенно переглянулись. и в этот раз протянул уже Нефрит, окинув своего отца прищуренным взглядом:

— И почему именно мы?

— Потому что, не считая меня, вы здесь единственные из рода Кадьяков, и почувствуете свою кровь быстрее и острее, чем кто бы то не было.

Кажется, это было логично.

И как бы не пытались все уличить Карата в хитрости, принюхиваясь и приглядываясь. а Север и Нефрит ушли, быстро поцеповав нас с Мией и пообещав вернуться раньше рассвета, чтобы еще немного побыть рядом.

Но меня не отпускала эта ситуация, особенно когда Ледяной сел рядом с Каратом у костра, пихнув его своим могучим плечом и заглядывая в глаза тяжело, но отчасти даже лукаво:

— …ничего не хочешь мне сказать?

— Нет.

Позже, обнимая молчаливую и поникшую Мию, с личика которой буквально пропали все краски, оставив лишь тревожный блеск голубых глаз, и сидя на коленях полусонного Янтаря. я видела, как Карат что-то говорил Сумраку так тихо, что не услышал даже Ледяной, кивая в темный устрашающий лес, на что мужчина коротко кивнул и скрылся в темноте, не говоря никому ни слова.

Я бы хотела поделиться своими мыслями с девочками, чтобы услышать от них, что мне все лишь кажется, что назревает что-то еще. И что это что-то не дело рук нашего второго папы, когда неожиданно в ночной тишине раздался не то вой, не то рев.

Звук настолько низкий и обволакивающий, что было жуткое ощущение, что он идет откуда-то из-под земли, словно пробудилось какое-то древнее чудовище, вроде Праотца Берсерков. сила которого была буквально безграничной!

Звук, от которого все волоски на теле встали дыбом, и зубы клацнули, оттого, что просто свело челюсти!

Ей-богу, я бы поверила даже в существование драконов, если бы все Берсерки нашей семьи не подскочили со своих мест в одну секунду, и их зрачки не ахнули практически в унисон, словно это был какой-то сигнал.

— Какого черта?! — зарычал Янтарь, сгребая нас с девочками в охапку и загораживая собой, даже если тут же подскочили Малахит, Звезда и Вульф — три наших главных защитника, глядя при этом на вход в пещеру, словно сейчас должен был войти как минимум снежный человек или Лохнесское чудовище, а может даже их гибрид!

— Это не Кадьяки! — Туман втянул в себя воздух, на секунду закрывая глаза, зрачок в которых уже почти затмил всю радужку, распахивая их так резко, что я дернулась. кажется уже просто не в силах выносить этого нервного напряжения, пока в моем испуганном сердце бился лишь одни вопрос — где мой Нефрит и что с ним?!

— Ты точно ничего не хочешь сказать мне?! — рявкнул Ледяной, взмахнув своими боевыми топорами, и кидаясь к Карату, который единственный выглядел пусть и собранно, но достаточно спокойно, упрямо покачав головой и даже не пытаясь отступать от своего разъяренного друга, который, очевидно, был совсем не против укоротить зеленоглазого красавца на голову.

— Может хоть кто-нибудь….
– начала была Злата, явно пытаясь задать тот самый вопрос. который вертелся на моем языке и Мии, поскольку мы здесь были единственными, кто был не в состоянии почувствовать все то, что ощущали Беры и поэтому оставались в полном неведении.

Вот только закончить мысль она не успела, когда в напряженно застывшей тишине ночи раздались автоматные очереди.

Одна. Вторая. Третья!

Словно палили по всем лесу и со всех сторон, отчего даже в нашей пещере этот звук отдавался оглушающим эхом, заглушая рев Берсерков и крик Ледяного, который махал руками, показывая всем срочно покинуть наше убежище.