Марин одарила меня проникновенным взглядом. Она была девушкой, которая видела многое, чем напоминала мне Брэдли.

— Нора, ты ведь многое скрываешь?

Марин покусывала нижнюю губу, и мне хотелось сказать ей, чтобы она перестала. Я не хотела, чтобы девушка повредила такую нежную красивую кожу.

Но я ничего не сказала. Слова ускользнули от меня. Я бы предпочла просто сидеть рядом с ней и не разговаривать. Она излучала спокойствие. Это как погрузиться в тёплую ванну.

Марин положила руку на спинку скамейки прямо за моей спиной. Я слегка наклонилась назад, чтобы мы могли соприкоснуться. Это было приятно. Даже более чем приятно.

— Что между тобой и тем грозным парнем? Я боюсь, что как-нибудь он объявится и закопает меня живьём, — сказала она, и я хихикнула над тем, как она описала Брэдли. Преимущественно, из-за того, что это описание подходило ему.

Марин тоже ухмыльнулась, и мне нравилось, что только мы вдвоём разделили этот момент.

Я пожала плечами.

— Он мой друг.

Просто, но честно.

Марин нахмурилась.

— Ты уверена, что это всё? — спросила она, и моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Её это заботило? Она ревновала?

Эта мысль ласкала мой разум.

Я кивнула, волосы упали на лицо, и я быстро откинула их назад. Я не пряталась. Не в этот раз.

— Мы только друзья, — мягко сказала я.

Марин всё ещё покусывала нижнюю губу. Я в восхищении смотрела на её рот.

— Он не причиняет тебе боль, ведь так?

Её прямой вопрос не шокировал меня. Я знала, о чём она думала. Знала, какое впечатление производил Брэдли. Марин была не первой, кто задумывался о наших отношениях.

Мне нравилось, что она переживает за меня. Я привыкла к обеспокоенности Брэдли. Но чувства Марин были… другими. Особенными.

— Он не причиняет мне боль, — убедила я её. Чуть осмелев, я положила руку на её бедро. Прямо над коленом.

О, Боже, я дотронулась до неё.

Блаженство. Всё было так, как надо.

Только на одну единственную секунду…

Марин слегка напряглась, и её улыбка угасла. Внутри меня всё упало.

Она убрала руку со скамейки и встала. Быстро. Очень быстро. Моя рука упала, и я почувствовала озноб. Внутри.

Я опустила голову, отказываясь смотреть на неё.

Я всё испортила. Моё стремление быть ближе спугнуло Марин.

Затем я почувствовала руку девушки на своём плече. Я подняла голову и она улыбнулась. Улыбка озарила её лицо, и я почувствовала себя лучше.

— Мне пора. Мы можем встретиться здесь завтра? Может быть, я могла бы почитать то, что ты написала. Если не возражаешь, — сказала она, и я кивнула.

— Конечно, я не возражаю.

А затем она ушла.

Казалось, что зарождается что-то новое. Казалось, что жизнь начинает налаживаться.

— Новый друг?

Вся теплота, которую я испытала от присутствия Марин, вдвойне увеличилась белой ненавистью.

— Что ты здесь делаешь? — высказала я. Меня поразило то, как легко я выплеснула свою ярость. Обычно я не отвечала. Рози это знала.

Она выглядела удивлённой. Её глаза слегка округлились, но затем рот скривился в улыбке.

— Это не твое дело, — ответила она. Рози смотрела, как Марин уходит по траве. Мне не понравилось задумчивое выражение на лице моей приёмной сестры. От этого я стала нервничать.

— Она грациозна, да? — спросила она. Рози хотела вывести меня из себя.

Я не позволю ей этого.

— Что бы сказала Лесли о твоём… новом друге?

Рози ухмыльнулась, наслаждаясь моим дискомфортом.

Я ненавижу, когда она произносит имя матери. Терпеть не могу, что у неё вообще есть право произносить его.

Я продолжала молчать. Не хотела противостоять ей. Не хотела давать поводов для атаки. Хотя, зная Рози, я понимала, что ей поводы ей и не нужны.

Она наклонилась поближе, а я отстранилась назад.

— Что бы сказал Брэдли?

— Не говори о нём! — вспылила я. Не могла справиться с собой. Разговор о Брэдли выходил за все рамки. Она это знала.

— О, он милашка, — ворковала Рози, глядя как мой молчаливый друг идёт по улице с сердитым лицом, запихнув руки в карманы.

Он поднял голову, заметив меня. Я всегда была на его радаре.

— Почему он смотрит на тебя? — раздражённо спросила Рози.

— Он мой друг, — ответила я. Рози гостила у нас всего неделю, и я старалась быть милой с ней. Быть её сестрой.

Рози фыркнула.