Я скользила пальцем по рисунку, чтобы не потерять нить. Вот пламя — видимо Великий, вот Мара, вот змей, видимо олицетворяющий Немеса, светило, звезды и опять рунные круги. Я не поняла ничего, и жрец, со вздохом ткнул пальцем в очередную точку на стене — там была отдельная картинка.

На куске фрески был изображен круг бритоголовых в жреческих одеяниях, пламя великого по центру и змей, который метался, запертый в этом круге. И маленький кубик в руках одного из жрецов, от которого исходит свет. И змея запирают в артефакт? Это ритуал?

Пожала плечами — не понимаю ничего. Жрец выдохнул сквозь зубы и снова ткнул в картинку и снова.

Я изучила картинку на десять рядов, поковыряла ногтем и только что не лизнула стену языком, но все равно не понимала ничего.

«Тупая пришедшая».

Голос прозвучал в моей голове так отчетливо, что я вздрогнула и обернулась. Голос — Каро.

«Это думает жрец». Пришла следующая мысль.

Каро кивнул мне головой, подтверждая — это он.

«Это ритуал. Нужно исполнить. Снять немилость». Родились в голове следующие слова.

Я перевела взгляд на жреца и закивала — ритуал? Готова! Жрец облегченно выдохнул.

Всё сразу пришло в движение — серебристое пламя на постаменте взметнулось выше, почти под купольные своды потолка, жрецы зашевелились и неторопливо начали стекаться в круг, занимая одним им понятные места по-порядку. Меня поставили в центре — почти у постамента.

Каро заставили отшагнуть дальше — почти вытеснив его из зала, и он стоял в проходе, порываясь сказать что-то, но пока не мешал.

Дальше началось гудение — жрецы покачивались с закрытыми глазами и издавали низкие грудные вибрирующие звуки, от которых по коже табунами бежали мурашки и начала болеть голова. Пламя взметнулось вверх и загудело, вспыхивая, и каким-то образом подстроилось к ритму вибраций, или это жрецы поймали ритм пламени.

Гудело всё — ревело пламя, жрецы, равномерный монотонный гул усиливался, резонируя и отражаясь от стен, постепенно нарастая. Частота увеличивалась и увеличивалась, звук нарастал и нарастал, пока не достиг таких вибраций, что казалось, сейчас из ушей хлынет кровь. Были бы здесь стекла — вылетели бы уже все.

Я — не выдерживала. Звук был слишком чуждым и сильным, глаза слезились, и я стекла на пол, обхватив руками голову, чтобы хоть как-то защитить уши.

Каро шагнул вперед, но опоздал — пламя Великого резко вспыхнуло по периметру круга, заключая нас в купол, взметнулось вверх серебристыми языками света, постамент вспыхнул так, что пришлось прикрыть глаза… жрецы раскачивались всё быстрее и быстрее, быстрее и быстрее…

…и в этот момент явился Змей.

Даже сильный гул не мог заглушить звук трения чешуи о чешую, было отчетливо слышно, как кольцо скользит по кольцу, кольцо по кольцу, огромные чешуйчатые призрачные кольца — почти до самого потолка. С Арены он вырос почти раза в два.

Я стиснула зубы, чтобы унять страх — тварь вызывало внутри только одно чувство — бескрайний и безграничный ужас.

Змей наворачивал круги, вращаясь вокруг меня, ограниченный кругом из жрецов и стены серебристого пламени, вращался всё быстрее и быстрее, быстрее и быстрее, пока не превратился в одну сверкающую линию, полосу света, но… выбраться он не мог.

Стена пламени постоянно отбрасывала его назад, яростно вспыхивая, змей пробовал снова и снова, снова и снова, проверяя границу на крепость, пока наконец не оглушительно и требовательно… заревел.

И уши — не выдержали.

Все звуки резко стихли, как отсекло. Пальцы стали липкими от крови. Я — оглохла.

Ужас внутри нарастал — змей бешено метался по кругу, пытаясь найти выход, но выхода не было, только стена яркого серебристого пламени, которое вспыхивало перед ним сплошной стеной.

Выхода не было — зато была я, которая сидела в центре круга. И момент, когда змей обратил свое внимание на меня, я ощутила отчетливо. Кольца раздвинулись, образуя огромную спираль, расправился капюшон, и… он ринулся вниз.

Визжать я не стала. Как и думать — мозги отключились напрочь. Очнулась я, обнимая постамент обеими руками, крепко-крепко, так, что занемели пальцы. Серебристое пламя успокаивающе реяло над головой, стекая на плечи, а змей … змей продолжал метаться внутри купола из стороны в сторону с ужасающим ревом. Заходя с круга на круг, он нырял вниз, языки огня вспыхивали, оберегая меня, и он заходил на вираж снова.

Псакова летающая тварь! Он же не дракон! Немес не в курсе, что змеям положено ползать!

От рева на очередном круге заложило уши — неплохо! Хотя бы вернулся слух. Долбанные жрецы продолжали качаться из стороны в сторону, как укуренные, и гудеть, не собираясь делать вообще ничего.

Ни-че-го! Где эта их псакова коробочка с фрески?

Я огляделась, но ни у одного из бритоголовых не было в руках вообще ничего отдаленно похожего на артефакт.

Они же не могли начать ритуал и забыть коробочку в другом зале, правда? Или могли…