— Прятался. — Диви вытер нос о рукав Диллы. — Я нору нашел под деревом. И спал. Долго. Ел иногда. Там ягоды росли и яблоки большие, вкусные. А вода плохая была. Потом опять спал. А потом проснулся и не заснул больше. Костлявые выли страшно. Я подкрался посмотреть. Увидел вот это, — он показал на окно, за которым блестел золотой плющ, — красивое. Я его на себя намотал. А оно вдруг дёрнуло и потащило!

— Та-ак… — Лейн что-то подсчитал на пальцах. — Спячка — это многое объясняет. Диви, а ты сможешь найти то дерево с норой?

— Там костлявые! — Он испуганно округлил глаза.

— Нет больше костлявых, мы их победили. — Дилла встала. — Но сегодня мы не пойдем никуда дальше кухни. Хватит воспоминаний. У нас праздник!

Глава 19. В осаде

«Страдание за друга удваивает дружбу».

Шотландская пословица

Как же ему обрыдло притворяться!.. Бор угрюмо кивал, пропуская мимо ушей половину слов Кедара. "Опасность для всего мира", "ответственность", "высшая цель" — всю эту бредятину людям в мозги вкручивай. А ему, Бору, на ваш мир плюнуть и растереть. Кто думает иначе, тот не знает гоблинов.

— Как они попадают к лесу, минуя город?

Прямой вопрос не проигнорируешь.

— По туннелю. — Бор изобразил руками трубу. — В одном месте вошёл, в другом вышел.

— Так же, как ты это делаешь?

Бор кивнул. Он не раз проделывал туннели, выполняя поручения и самого Кедара, и его отца.

— Проследить за ними во время перемещения можно?

— Нет.

— Тогда отправляйся к лесу. Спрячься, чтобы они тебя не видели, и следи. Меня интересует, с чем они придут и, особенно, с чем вернутся. Или с кем. Сразу же доложишь мне.

— Да, господин.

— Всё, иди.

В дверях Бор едва разминулся с секретарем, который на вытянутых руках нес серебряный поднос.

— Господин Кедар, пришел следопыт, которого вы отправили к Сердцу-на-Двоих. Он принес вот это.

Бор сглотнул. На подносе кверху лапками лежала зеленая птица, слабо подергивающая крыльями. Секретарь поставил поднос на стол и тут же отступил. Кедар брезгливо тронул птицу посеребренным стилом.

"Тупица, при чём тут серебро! — Бор не сводил глаз с подноса. — Она живая! Великий Хаос, как быстро! Хорошо, что я отправил весточку… Началось… О боги, началось! Кто же из них? Лиик или Диви? Или всё-таки…"

— Это что, шутка? — в голосе Кедара отчетливо прозвучала угроза. — Зачем он притащил ко мне эту дохлятину?

— Гос-сподин… — секретарь дрожащим пальцем указал на поднос. Птица еле слышно пискнула и рассыпалась на зеленые листья.

Кедар отдернул стило. Наклонился и втянул ноздрями воздух над листьями.

— Вот как… Бор, вернись! Мой приказ отменяется. — Он сел за стол, быстро написал несколько строчек на листе бумаги, сложил, запечатал и протянул секретарю. — Доставить командору. Быстро!

Секретарь метнулся за дверь. Кедар посмотрел на Бора ничего не выражающим взглядом.

— Эти ваши туннели можно открыть прямо из дома? Да или нет?

— Да. — Бор сразу догадался, к чему приведет его ответ. Но что толку? Он не может промолчать.

— Ты способен этому воспрепятствовать? Да или нет?

— Да.

— Отлично! — Кедар откинулся на спинку кресла. — Пойдешь со стражей. Окажешь им любую помощь, какая потребуется. В первую очередь, сделаешь так, чтобы Лейн и все, кто с ним, не смогли уйти из дома по туннелю. Это приказ. Лейна и того, кто смастерил вот это, — он указал на кучку листьев, — я хочу получить живыми и, по возможности, невредимыми. В клетке. С Диллой — как получится. За её смерть я не взыщу. В доме ничего не трогать, я сам его потом осмотрю.

Бор склонил голову, лихорадочно соображая, как предупредить Лейна.

— Я могу идти, мой господин?

— Нет, подождешь здесь. Я уже вызвал командора. И ещё, — Кедар наставил на гоблина костлявый палец, — ни сейчас, ни по дороге, ты никоим образом не попытаешься без моего ведома или ведома командора связаться ни с кем из тех, кто сейчас находится в Сердце-на-Двоих. Это приказ.

Бор всем своим видом изобразил возмущение.

— Я и не собирался, мой господин!

Теперь оставалась одна надежда, и снова на Диллу. К счастью, Кедару не известно, какие у банши чуткие уши. Люди не умеют передвигаться бесшумно, особенно в доспехах. Она услышит их еще на подходе. Лейн успеет открыть туннель. Должен успеть!

***

— Как думаешь, сколько ему лет? — Дилла с улыбкой наблюдала, как Диви откусывает сразу от двух пирогов, по уши вымазавшись в варенье.

Лейн пожал плечами.

— Понятия не имею. Ведет он себя, как ребенок, но это ещё ничего не доказывает. Многие мелкие фэйри до конца жизни так себя ведут. Ясно одно: его, скажем так, усовершенствовали до войны.

— Рыжик… ой, то есть, Диви, — Дилла протянула ему третий пирог, — а ты знаешь, сколько тебе лет?

Диви непонимающе похлопал короткими ресницами.