Каменный великан не реагировал на жалкие попытки валькирии обратить внимание на себя, он был соредоточен на Йове. Как птенец в яйце, ученик магистра сидел в магическом коконе, который начал по бокам давать трещины. Лесная Фея не разбиралась в магии, но ей казалось, что эта защита долго не протянет.

– Айлин! – снова выкрикнула Девана. – Нам нужна твоя помощь. Спроси у этих гребанных фантомов, что нам делать.

– Нужно… специальное… заклинание… – услышала женщина чуть надрывный голос девочки. – Нужен… маг.

Девана перевела взгляд на Йова. Страж башни увлеченно лупил по магическому куполу ученика магистра, да так, что аж вся земля ходила ходуном. Чародей держался, но его защита слабла – белое полотно кокона исполосовали тонкие и толстые трещины, которых с каждым ударом становилось все больше.

Валькирия тем временем упорно пыталась отвлечь внимание врага на себя. Она спустилась ниже, пролетела почти перед самым лицом великана и запустила в того камень. И гигант, наконец, заметил ее. Отошел на шаг, вытянул руку, молния ударила в воздух, разразившись легким треском. Немизия увильнула от магического снаряда, взлетела выше. Страж башни снова запустил в нее молнию, но опять промазал.

– И чего она добивается? – спросила пустоту Девана.

Немизия снова пролетела мимо лица великана, а потом, яростно замахав крыльями, устремилась вперед. Страж башни переступил через Йова, потом через арку ворот, затем сделал еще один шаг. И еще. Он погнался за ней, как ребенок за бабочкой.

Она уводит его, поняла Лесная Фея и опустила лук. Но куда и зачем? И как долго сможет вести его за собой?

– К каньону! – прокричал со всей силы Йов. – Веди его к каньону!

Да, точно! – ударила себя в лоб Девана. Нужно заманить стража башни в ловушку, как когда-то рикейцы это проделали с Адамантовой Черепахой.

Неизвестно, услышала валькирия наказ ученика магистра или нет, но она по-прежнему летела в сторону обрыва, а каменный гигант послушно шел за ней, кидаясь магическими молниями. Теперь только оставалось уповать на то, что он не передумает и не вернется.

[1]В княжестве Лорис, где Даккинз родился и провел детство, был обычай хоронить заживо изменников государства.

Глава двадцать третья

Розы и хрусталь

Единый Океан, остров Околос

15-ый день месяца Заката Солнца

2891 г. от ЯБТ

Они бежали всю предыдущую ночь и весь следующий день. Дважды останавливались, чтобы поохотиться. В первый раз им попалось стадо пугливых оленей, из которого поймать удалось только двоих, во второй – упитанный лесной кабан. Бен-Саллен вновь ощутил вкус теплой крови, и его снова обуяла страсть хищника. Он вел себя как самый настоящий зверь. Чудовищам нравилось его поведение. Они чувствовали в нем силу. Настоящую силу истинного хищника. Земляные щупальца больше не помогали им охотиться. Что стало причиной их исчезновения, следопыт так и не понял. Они просто пропали. Впрочем, Бен-Саллена это ничуть не расстроило.

Однако в остальном он был озадачен. Следопыт провел в форме волка больше суток. До этого он никогда не позволял себе подобного. Час или два, но не более трех. А тут уже прошло часов тридцать. Или сорок. Бен-Саллен потерял чувство времени. Единственное, что отчетливо ощущалось, – это потребность в свежей пище. Голод не отпускал ни на минуту и становился только сильнее. Звериные инстинкты обострились, человеческие – притупились. Воспоминания стали призрачными, далекими, чужими. Пару раз он даже ловил себя на мысли, что не помнит, зачем здесь и куда направляется. Голод упорно вытеснял все остальные потребности.

Бен-Саллен не торопился менять облик на человеческий. Потому что не знал, какова будет реакция чудовищ. К тому же, приняв свой истинный вид, он не сможет с ними общаться. Да и в человеческой форме он намного слабее себя нынешнего. Но, признаться, была тут и другая причина: Бен-Саллен в глубине души радовался возможности как можно дольше побыть в шкуре волка. Его это совершенно не устраивало и даже пугало, но с природой не поспоришь. Проклятие ликантропии на то и проклятие, что с ним очень тяжело совладать. Чем дольше оборотень находится в форме зверя, тем больше этот зверь влияет на его душу.

«Дальше мы не пойдем», – пришел сигнал от чудовищ, и следопыт, будто повинуясь беззвучному приказу, сбавил шаг. А потом и вовсе остановился. Выпустил из пасти сверток, в котором была замотана его одежда и мечи, и удивленно посмотрел на стаю.

«Почему?»

«Место, которое тебе нужно, впереди».

Бен-Саллен оглядел башню, черный конус которой уходил вверх и, казалось, царапал небо. В лунном свете ночи она казалась особенно зловещей. Тихая и мрачная. Мертвая.

«Сейчас там кто-нибудь обитает?» – на всякий случай поинтересовался он.