— Удовольствие? — он припал губами к ее коже. — Давай посмотрим, что можно с этим сделать.

Немного отстранившись, Адам широко раздвинул ей ноги, полностью обнажив под своим лихорадочным взором. Либерти поняла, что он задумал, и облизнулась от странного желания поежиться.

— У меня встает от одного твоего вида, Либерти, — Адам провел руками по ее бедрам вниз, ухватив под зад. — А теперь смотри на меня.

Либерти наблюдала, как он ее приподнял. Выражение его лица заворожило ее. Вот оно. От чего она быстро стала зависимой — его концентрация.

— Смотри, — Адам впился пальцами в ее бедра.

Либерти наблюдала, не в силах отвести взгляда, и ее желание нарастало, превращаясь в огненный шторм.

Не опуская глаз, Адам припал к ней ртом и пососал клитор.

Развратная картина обострила ощущения, ставшие разрушительными. Либерти закусила губу, ни на секунду не переставая смотреть в голубые глаза Адама.

По мере того как он сосал и лизал, у нее нагревалась кожа, мышцы дрожали. Больше не осталось ни намека на порядочного генерала, знакомого ей последние полтора года. Мужчина перед ней был кем-то совсем другим.

Он продолжал неустанно трудиться. Либерти чувствовала, как пятичасовая щетина Адама натирала внутреннюю сторону ее бедер. Казалось, его воспламенял каждый ее стон и вскрик. Она напряглась всем телом, и теперь даже легчайшее касание усиливало ее возбуждение. Либерти не могла больше терпеть.

— Вот так, — прошептал Адам у клитора. — Давай.

Боже. В тот же миг ее пронзил оргазм, подобного которому она никогда не испытывала. Запрокинув голову, Либерти выгнулась и выкрикнула имя Адама, эхом разнесшееся по их маленькому убежищу.

Он помог ей пройти до конца. Она чувствовала на себе его руки, не дававшие ей уплыть в небытие.

— Я держу тебя, — Адам поцеловал ее в живот. — Я рядом.

Став безвольной и вялой, Либерти кое-как отдышалась и подняла взгляд. Она по-прежнему лежала на одеялах, и Адам все еще нависал над ней. На его горле вздувались вены, мышцы напряглись. На его губах блестели ее соки.

— Ты вернулась? — спросил он.

— Думаю, да, — кивнула Либерти.

— Хорошо, — отпустив ее, Адам поднялся.

У нее в горле встал ком. По-прежнему нависая над ней, Адам медленно и вдумчиво расстегнул сначала ремень, потом ширинку. Он сбросил штаны с ног и предстал перед Либерти голым, возбужденным и очень мужественным.

У нее напрягся живот.

Одним движением Адам опустился на нее и накрыл собой. Он пошевелился и потер ее между ног массивной грибовидной головкой. Нуждаясь в нем, Либерти приподнялась ему навстречу.

Адам вошел в нее сначала на пару сантиметров, потом еще. Вместе с проникновением пришло ощущение растяжения и наполненности.

Внезапно он резко выдохнул, схватил Либерти за бедра и ворвался в нее.

— Ой, — вздрогнула она, переполненная до предела.

Адам выругался.

— Прости. Я большой. Мне стоило быть осторожнее, — он немного попятился, и Либерти уловила его дрожь. — Просто с тобой так хорошо, и я…

— Адам, — она приподнялась, но Адам уже практически вышел, оставив в ней только головку.

— Да? — его большое тело дрогнуло над ней.

— Заткнись.

Лишь тогда он снова наполнил ее одним плавным движением.

Застонав, Либерти обвила ногами его талию. Внутри она припухла после оргазма, а член был очень большим и очень толстым.

Адам вышел из нее, протолкнулся обратно и повторил снова, снова. Устроившись между бедер Либерти, он опустился на нее. Адам припал к ее губам, и она излила все свои чувства.

Либерти всмотрелась в его лицо и глаза, блестевшие от сексуального жара. Она гадала, не видел ли он ее насквозь, включая мелочи, которые ей не хотелось никому показывать. Но больше всего Либерти нравилось, что Адам отдавал ей часть себя.

— Так. Чертовски. Хорошо, — страдальчески выдавил он.

Проведя пальцами по его бугрившимся мышцам и влажной коже, Либерти протолкнула руку между скользкими телами. Внизу она ощупала место, где Адам проникал в нее. Ей нравилось соединяться с ним, когда во всем мире существовали только они. Очень нравилось. Было горячо касаться собственной плоти, растягивавшейся под давлением толстого члена. Снова пошевелив пальцами, Либерти дотронулась до чрезмерно чувствительного клитора, и неожиданно ее поразил еще один оргазм.