Шрифт:
– Как она?
– Стабильно.
"Я здесь!" — злость нарастала. Как и сила.
И в какой-то момент защитный купол треснул. И исчез.
– Как она?
– Стабильно.
Только Евы уже не было в медицинской капсуле. Она стояла за тем, кто приходил каждый раз, чтобы задать свой вопрос. Стояла и смотрела на свое тело, лежащее в капсуле, смотрела на себя, стоящую рядом с мужчиной. И понимала, насколько сон становится бредовее.
Осторожно протянула руку, чтобы коснуться плеча вопрошающего, и он обернулся, заставив девушку испуганно отпрянуть. Наверное, если бы в этих золотых светящихся фигурах Ева могла разглядеть глаза, она бы заметила, что мужчина смотрит в ее сторону, и даже следит, как девушка украдкой передвигается по отсеку, но Ева заметила лишь что, как золотая фигура быстро потеряла интерес и вновь повернула голову на бледное тело в капсуле.
"Я сваливаю", — Ева чувствовала волнение. Очень хотелось проснуться, но она не понимала, как это сделать. Поэтому просто пошла прочь подальше от золотых гробов и духов, что следили за ее спячкой.
Прочь из отсека. Прочь по коридорам, бледным, и все равно со следами золота. Они были на полу в отпечатках ног, золото наполняло тех, кто проходил мимо. Даже на стенах оказывались редкие, словно рассеянные, следы золотой пыльцы, что преследовала.
Ева прошла весь коридор и оглянулась. Стоило окинуть взглядом пройденный путь, как получилось увидеть тонкие нити, в которые складывались те редкие золотые пылинки. Они пульсировали, но тянулись через весь корабль. Уловив однажды, Ева уже не теряла из виду эти нити и следовала по ним. Сначала медленно, потом срываясь на бег. Через коридоры, по лестнице вверх, мимо удивленно оглядывающихся золотых фигур. Пока не оказалась на капитанском мостике.
Ева ни разу здесь не была, но быстро поняла, где она.
Огромная площадь, с множеством панелей и экранов, перед которыми сидят десятки золотых фигур. Отдельное, словно главное, место капитана, которое сейчас пустовало. И окна. Или иллюминаторы. Иди экраны.
Только пол не был прозрачным. Стены, потолок, словно Ева оказалась в океанариуме, только за стеклом ждала не соленая вода с красивыми разноцветными рыбами, а глухая черная пустота космоса.
Через которую тянулись те самые тонкие золотые нити, своей пульсацией уводящие куда-то вдаль.
Ева огибала сидящих, подходя все ближе к экрану, чтобы разглядеть эти манящие линии.
Они сплетались и уходили куда-то в глубины космоса. Звали за собой.
Девушка уперлась лбом в стекло и ощутила бесконечную тоску, что раздирала сердце на части от невозможности следовать на ускользающей пульсацией.
Ева поднесла руку к стеклу и постаралась дотронуться до одной из этих нитей… И почувствовала, как пальцы проваливаются через эту толстую прозрачную преграду. Не без опаски, девушка протолкнула руку дальше, не испытывая ни холода, ни дискомфорта. Лишь подбадривающую пульсацию золотых песчинок, которые с готовностью оплели ее запястье и теперь тянули за собой.
Зачем-то набрав полную грудь воздуха, Ева сделала шаг вперед и оказалась за пределами корабля. В открытом космосе. Парила в пространстве и озиралась, не понимая, как такое возможно. Словно она призрак. А свет что ее зовет — это свет в конце тоннеля.
"С ума сойти", — Ева потянула за нитку, что оплела ее запястье и почувствовала рывок, в одно мгновение оказавшись совсем в другом месте. Больше не было никакого корабля. Только более плотное сплетение нитей, которое разветвлялось на несколько веток. Все, кроме одной, становились бледнее, и Ева чувствовала, что дальше они точно так же будут расплетаться и становиться тоньше и слабее. Поэтому выбрала те, которые светились сильнее и вновь слегка дернула их, желая узнать — что будет на другом конце ее странного сна.
Девушка обнаружила себя стоящей на золотом песке. Голые ноги утопали в приятном тепле, и мир вокруг казался сказочным. Золотые травинки тянулись к ласковому солнцу, которые грело планету, из моря травы выглядывало покрывало цветов с разнообразными бутонами. Крохотные золотые насекомые собирали такую же золотую пыльцу и переносили в свои жилища.
Ева смотрела на этот мир, и ощущала, как душу распирает от восторга.
Ни тебе страха, ни переживаний.
Восторг. Ощущение бесконечного счастья оттого, что она здесь очутилась.
Пульсирующие нити теперь были крепкими корнями, чья сеть тянулась по земле, подпитываясь от планеты. Или подпитывая планету — Ева не знала. И просто продолжала следовать за пульсацией. Пока не увидела высокий сияющий ствол, устремляющийся к небу. Его золотая крона накрывала, казалось, не один километр вокруг себя. И там, где заканчивалась золотая листва, мириады новых тонких золотых нитей пульсировали, отдавая эту пульсацию куда-то за зримые пределы.
Ева не заметила, как оказалась рядом с этим деревом. Или не деревом.
"Сердце", — подсказало сознание, наблюдая, как бьется жизнь в этом золоте. Чувствуя, что все живое связано с этим местом.
И она связана.
– Пора просыпаться, — ласковый голос словно оплел веревками за шею и сделал рывок.
– Нет, — выкрикнула Ева, ощущая, что находится там, где должна.
– Просыпайтесь, — новый рывок, оттащивший Еву на добрую сотню метров от сердца. — Пора, — еще рывок, и девушка видела корабль, с которого сумела сбежать. — Сегодня большой день.
Ева открыла глаза и больше не видела никакого золота.