Шрифт:
— В самом деле? Не понимаешь? — щурит взгляд и в одну секунду меняет тарелки местами. — Да?
— Ты преувеличиваешь. Или у тебя богатое воображение. — Пожимаю плечами.
— Хм…. Тогда почему не ешь? Попробуй! Твоя яичница очень вкусная. Мне нравится. — Насмешливо.
— Знаешь, — отодвигаю тарелку, — я что-то уже не хочу есть. Твое выражение лица портит аппетит. — Встаю из-за стола, собираясь выйти, решив для себя, что лучше буду голодной до вечера, чем есть то, что дала ему.
— Сядь! — фыркает. Испуганно падаю обратно на диван и с удивлением смотрю на него. — Послушай, — продолжает мягче, — ты же не знаешь, какой я. Не советовал бы тебе делать вот такое. — Обводит вилкой круг над яичницей. — Вдруг я выброшу тебя снова в море, только больше не спасу? Думаю акулы будут рады.
— Здесь нет акул!
— Уверена? — С наглой улыбкой.
— Да. В черном море их нет.
— Или возле берега нет? — Издевается. Точно. За испорченный обед.
— Я… я не знаю.
— Дельфины же есть?
— Да.
— Почему акул не может быть? Мы в открытом море.
— Никогда не слышала, чтобы в Черном море акула съела человека. — не уверенно говорю.
— Есть акула "Сциллиум" и "Катран".
– доедает мою яичницу и откидывается на спину диванчика победно сложив руки на обнаженной, загорелой груди.
— И?
— Что и?
— Они питаются людьми?
— Ну «катран» длиной до двух метров, как думаешь, она ест людей?
— Ты лжешь! И знаешь, ужин готовишь ты! Все равно ходишь по палубе с бутылкой, как Капитан Джек Воробей! Только тебе до него еще далеко! — Выхожу из-за стола и поднимаюсь наверх, собираясь принять солнечные ванны.
Макса долго ждать не приходится. Оно и не удивительно, больше ему все равно некого доставать. Подумать только: я и он в бескрайнем пространстве. Сами! Думаю до момента пока этот парень захочет вернуться, я его убью. Или он меня.
— Что, решила превратиться в обезьяну? — посмеивается и садится рядом, стараясь не смотреть на моё обнаженное тело в одном купальнике.
— Господи… ты меня бесишь. С какой радости я должна превратиться в обезьяну?
— Солнце в самом разгаре, Софи. Сгоришь. Я не буду мазать твою кожу сметаной, по рецепту, у меня ее нет. — Опять в руках держит бутылку, только теперь пива, прикладывается губами и делает несколько больших глотков.
— А ты алкоголик. Цирроз печени тебе обеспечен. — Цинично отвечаю.
— Не твоё дело.
— Не моё. Вот и не лезь ты ко мне.
— Я знаю, — через короткую паузу говорит, — почему яичница была настолько соленая.
— И? Почему же?
— Ты хочешь на берег. Думала сможешь меня заставить понять, что ты мне мешаешь… Но знаешь что? Мне весело с тобой. Я не вернусь на берег. Возможно уже никогда…
Не отвечаю. Ну да… Он прав. Блюдо была испорчено с одной целью, Макс ее угадал, следовательно, нужно придумать что-то другое. Что-то такое, чтобы ему очень было нужно вернуться на берег.
— Я рада, что составляю тебе компанию, смертник, вот только сама я в отряд самоубийц НЕ записывалась. Скажи, как связаться с берегом и я с радостью свалю отсюда давая тебе шанс попрощаться с жизнью как подобает!
— Я же тебе сказал — мне нравится быть здесь с тобой. Весело.
Оборачиваюсь к нему лицом, закрываю глаза от ярких лучей солнца и внимательно рассматриваю выражение его лица и золотистые глаза.
— Ты шутишь же, да?
— Нет.
— Шутишь.
— Нет, Софи.
— Тогда издеваешься? Потому что мне с тобой совершенно не весело! Вообще! Никак! — Отрезаю.
— Вот поэтому мне и весело.
— Гори в аду, придурок! — Шиплю. — Я не собираюсь идти с тобой на дно морских глубин. У меня большие планы.
— О… какие же? — Игнорирует выпад в его сторону.
— Я поступила, поэтому меня ждет обучение, новые знакомства и множество перспектив! Так что умирай без меня!
— Круто! И кем ты будешь?
— Не твоё собачье дело!
— Юристом? Психологом?
— Ты глухой? — опираюсь на локти и смотрю в лицо, мечтая, чтобы исчез. Вдруг он подрывается на ноги, хватает меня за руку и тянет к себе. Обхватывает за плечи и обращает лицом к морю, прижав спиной к себе.
— Смотри. — шепчет.
Сначала не вижу то, что показывает… но потом… вижу. Стая прекрасных дельфинов на довольно большой скорости проплывают мимо яхты, совсем неподалеку, теряясь в бликах воды под солнцем. Каждый из них прекрасен. Каждый из них выпрыгивает из воды, рисуя незримые линии полукруга над морем и погружается под ровную и спокойную гладь. Кажется короткий момент их появления растягивается в вечность. Я любуюсь этим зрелищем, получая настоящую, даже какую-то дикую эйфорию. Это так красиво, как будто сама Вселенная позволяет моим глазам увидеть, «коснуться» прекрасного, стать частью ее мира, и…просто узреть. А потом мы слышим их звуки: тонкие, протяжные и одновременно смешные.