Рассчитаться с нанимателем, собраться, ускользнуть от повышенного внимания военных Занда, дел, можно сказать, по горло. Попутно Громоптах наверняка расспросит их о Бране, да и пусть. Плевать.

— Надевайте!
– швырнул им веревочную сбрую Громоптах.

Перехватил когтями, вздернул и понесся вдаль. Без своей фирменной скорости с громом, иначе от Марены возможно мокрое пятно осталось бы. Но она все равно подергивалась и не визжала от восторга только потому, что не хотела сбить Громоптаха.

Возможно, будь она одна, Трентор прокатил бы ее на спине, а то потом бы и в гнездо к себе пригласил.

— Вот это да!
– выдохнула Марена, когда Громоптах опустил их на берегу пустынного островка.

— В жизни не поверю, чтобы внучка Платы не летала!

— Летала, конечно, - чуть смутилась Марена, - но не так. И меня еще ни разу не возил настоящий герой!

— А как же твоя бабушка?
– ошарашил ее Трентор.

Коротко кивнув Бранду, мол, "мы не друзья, пока что сотрудничаем в интересах общего дела, но уж потом я тебе все лицо клювом раздеру!", умчался прочь. Марена, так и не нашедшая слов, проводила его взглядом, а Бран оглянулся. Мелкий островок, почти что скала, ну, в принципе, с таким же успехом можно было высадиться в море, да поболтать, сидя на Моростоне. Впрочем, какая разница?

— Давай, сразу перейдем к главному, - заговорил Бран.
– Не знаю, дед я тебе или нет, и невозможно будет узнать, пока не снимут Покров Тайны или не найдется могучий Верховный Жрец, способный заглянуть за него и умеющий определять родство.

— Как мне теперь вас звать?
– спросила Марена, глядя вбок.
– Браном или Брандом?

— Зови, как звала, - пожал Бран плечами.
– Мало того, что я несколько лет вживался в шкуру Торговца, так еще и надежнее будет. Услышит кто, дойдет слушок до слуг Хозяина Подземелий и все, прощай Стордор.

— Вам дорог Стордор?

— Я все-таки там родился и вырос, пускай и не в самых лучших условиях. Первый раз влюбился, совершил первый подвиг, добыл первую Особенность. Да, Стордор мне дорог. Как и другие страны, расы, все живые, кто просто не заслуживает смерти от лап монстров и демонов, которых спятившие от Проклятия то и дело выпускают наружу.

Марена помолчала, затем соединила руки, похоже, вознося молитву. Бран стоял и спокойно ждал, глядя на море и прислушиваясь к шелесту набегающих на берег волн.

— Я очень зла на вас, мастер Бран, - заговорила Марена, открыв глаза.
– Но это злость моя личная, за то, что вы не спасли мою бабушку, за то, что не были мне дедом, за то, что обманывали прошлый месяц, не рассказав сразу правды. Личная и очень несправедливая злость.

— Понимаю, - чуть повел головой Бран.

— Грознейшая Эммида ответила на мою молитву, сообщив, что вы поможете мне принести справедливое возмездие и добиться моей цели, спасти Стордор, - произнесла Марена, слегка напыщенным тоном, явно принуждая себя горделиво приподнять голову.
– И это все, что имеет значение!

В Бране тут же вспыхнуло подозрение, прорвавшееся наружу вопросом:

— Богиня ответила тебе и говорила обо мне?

— Да. Я знаю, что вы не верите в богов, но это не значит же...

— Нет, не значит, - перебил ее Бран, растягивая губы в улыбке.

Подозрение никуда не делось, но говорить о нем было рано и бессмысленно. Бесполезно даже.

— Как-то у нас все не задалось с самого начала, - сказал он спокойно.
– Из-за меня, пожалуй, у меня никогда не было детей, родственников - все погибли, когда я был еще молод - и я просто не знал, что делать, как с тобой разговаривать.

— Вы?!
– изумленно воскликнула Марена.
– Не знали?!

— Не знал. Герой - это не всегда приятный в общении живой или любящий родственник. Твоя бабушка, надо сказать, этим выделялась среди остальных, мало кто из героев ставит семью выше уровней и подвигов.

— Вы всю жизнь были один?
– неожиданно спросила Марена.

— Команда была моей семьей, - снова выдавил из себя улыбку Бран.
– Но так как там не было молодежи, сама понимаешь.

Он-то всего лишь хотел вернуться к теме общения, но Марена поняла что-то свое, неожиданно подошла и крепко обняла его. Никакого сексуального подтекста, просто утешающие объятия, желание разделить и взять себе часть горя, рождающееся из понимания того, насколько плохо другому.

— Вам пришлось убить их, - тихо произнесла Марена.
– Это ужасно. Я бы не смогла.

Она отстранилась, выдохнула.

— Будь у меня время, тоже не смог бы, - признал Бран.
– И потом мне было плохо. Я пил, кидался в подвиги, пытался забыться в сражениях, даже три уровня получил, но не помогло. Попробовал собрать новую команду, но стало только хуже. И я пошел к тому, кто еще оставался у меня от семьи - Ролло Скрытнику. Он применил Покров Тайны и я спрятался в самую глухую глушь Стордора, сбежал от себя, старательно вживаясь в шкуру другого живого. Не просто притворялся Браном Торговцем, а стал им, научился сдерживать Волю и Харизму, как-то ограничивать Темное Очарование, не показывать свою настоящую силу, ходить, говорить, все делать по-другому.