– Фото выложу к вечеру, - пообещал я, ретируясь из коридора на лестничную клетку и пряча притихшего кота от взгляда мужика, развернувшись боком к собеседнику.

– Нет, не надо ничего выкладывать, - окончательно «выдавая» себя, попросил последний.

– Хорошо, договорились, - окончательно поворачиваясь к мужику спиной, через плечо пообещал я.

Выходя из подъезда, на руках у меня лежал уже мертвый кот. Оказавшись пойманным в коридоре своей квартиры, животное тут же вогнало свои когти мне в руку, после чего постаралось укусить. Моя кровь тут же попала в тело кота и процесс заживления сломанных пальцев начался сам собой. Жизни некогда пушистого и здорового представителя кошачих хватило буквально на одну минуту регенерации. Подойдя к помойке, я сдернул ошейник и забросил начавший линять труп в кучу мусора. Полоску синего кожзаменителя нужно было выбросить в другом месте. Еще вчера я сообразил, что зря вернул питбулю его красный ошейник. Собаководы часто оставляли номера своих телефонов на таких вещах, видимо на тот случай, если животное потеряется.

– Врут про девять жизней, - пошевелив пальцами, оценил я результат «лечения», полностью восстановить конечность не удалось, но болеть стало намного меньше.

Введя в телефон новую геолокацию, я прикинул маршрут и вновь побежал. На этот раз культивировать эм-энергию во время движения ничего не мешало, приятное тепло нет-нет да прокатывалось по телу, улучшая настроение. Хозяйка с овчаркой жила в новой высотке, дом помимо огороженной забором территории имел и систему видео-наблюдения. Зная номер квартиры, я обратился к охраннику, нагло осмотревшего меня с головы до ног. Его синяя аура показывала, что мне он не соперник, но я не стал искать проблем.

– Проходите, - нехотя ответил он, как если бы от его желания что-то действительно зависело и сидя в своей будке он мог кого-нибудь не пустить, если тот ему не понравится.

– Угу, - буркнул я, открывая калитку после щелчка электрического замка.

Лифт, на котором я поднимался на семнадцатый этаж, имел аж три зеркала. Воспользовавшись появившейся возможностью, я оглядел себя со всех сторон, после чего только сообразил, что все это время находился в поле зрения местных видеокамер и наверняка записи будут хранится на сервере какое-то время. Обдумав, не отказаться ли от задуманного, я все же решил не отступать. Таких парней как я, в столице было очень и очень много, а территориально я сейчас находился довольно далеко от своего района.

– Дилинь!
– нажав на кнопку звонка, лишь благодаря улучшению слуха я смог расслышать звук вызова за мощной входной дверью.

– Да?
– используя смонтированное в двери переговорное устройство, спросили с той стороны грудным женским голосом.

– Это Игорь, вольер Свобода, - представился я еще раз.

Начавшие щелкать ригели имели электрический привод, так как не менее чем три замка открывались одновременно. Сделав шаг назад, чтоб меня не стукнуло дверью, я постарался изобразить на лице располагающее к себе выражение. Моих усилий никто не оценил, в приоткрывшийся проход находящаяся в квартире женщина буквально выпихнула овчарку, после чего протянула мне ошейник с поводком.

– Вот, зовут Мухтар, ну, вы поняли почему, да?
– грудной голос мне очень нравился, а вот выражение лица женщины, нет: - забирайте, надеюсь там у вас найдутся другие собаки, которые покусают это неблагодарное животное так же, как он укусил мою дочь!

Не дав мне ни ответить, ни как-либо еще отреагировать на произнесенные слова, хозяйка квартиры захлопнула дверь, после чего та самостоятельно стала быстро закрываться на все запоры и замки. Запах духов, вырвавшийся на лестничную клетку, может и был приятным и даже вкусным, только вот его концентрация вынудила моё обоняние снизить восприимчивость до минимального уровня.

Собаке, с её врожденным нюхом, которая жила в таком «амбре» всю свою жизнь, оставалось только посочувствовать. Глянув ещё раз на овчарку, я отметил её спокойное поведение. Поверить, что та кого-то укусила, тем более ребенка за лицо, было очень сложно. Впрочем, судя по полученному впечатлению, женщина очень сильно была озабочена своей внешностью и, даже малейший намек на то, что она могла состариться хотя бы на одну минуту из-за того, что на кровном ребенке появилась какая-нибудь царапина, а потом быстро зажила, мог привести женщину в самое неадекватное состояние.

– Не знаю, как там тебя девочка зовут, но, заранее тебе сочувствую, - тихо проговорил я, вспомнив, сколько раз сам в детстве разбивал коленки, получал порезы или просто ссадины.

Собака тем временем стояла рядом, поглядывая на поводок в моих руках. Наученный «горьким» опытом, я встал так, чтобы та не смогла сразу же на меня броситься. Опасения оказались напрасны, овчарка спокойно дала застегнуть на своей шее ошейник, а потом и прицепить карабин с поводком. Аура у собаки, кстати, была зеленая, что вроде как и говорило о её миролюбивости, но я не забывал, что сам вчера закончил очередной круг iota-мутации и ещё доподлинно не знал, какого уровня, второго или третьего, получился результат.

– Пошли, - сказал я собаке, двинувшись к лифту, кабина которого так и стояла на этом этаже.

Выйдя на улицу, двинулся на выход из двора, вновь почувствовав на Ауре холодную точку внимания сидящего в будке охранника. Толи тот знал хозяина собаки, мужа той женщины, толи проявлял неуёмную бдительность. В результате вновь пришлось ждать, пока тот созвонится с квартирой и получит подтверждение, что меня можно выпустить вместе с собакой. Желание что-нибудь сломать, согнуть или разбить, видя подобное проявление неуважения в мой адрес и заискивание перед жильцами охраняемого дома, сдерживалось только пониманием того, что это ничего не изменит.