Я слышу шаги позади себя. Затем руки Зевса мягко, но по-хозяйски сжимают мои плечи.

Я не замечаю, как глаза Рича переходят на них.

— Что я могу сделать для вас, мальчики? — говорит Зевс.

При слове "мальчики" Рич выпрямляется во весь свой рост, который все еще не сравним с ростом Зевса.

Тестостерон. Причина большинства мировых проблем.

— На тебя поступила жалоба о нападении и злонамеренном уничтожении имущества, и нам нужно, чтобы ты проехал с нами в участок, — говорит ему Рич.

— Что? — я паникую.

Парень-папарацци.

— И вы здесь, чтобы отвезти меня в участок? — спокойно говорит Зевс.

— Нет, — говорю я в панике. Я поднимаю на него глаза.

Он, должно быть, видит в них страх, потому что говорит:

— Все в порядке, Кам.

— Нет, не в порядке! — мой голос повышается в панике, и я внутренне укоряю себя. Я не хочу, чтобы Джиджи пришла сюда и увидела, что происходит.

Я делаю шаг вперед, в сторону Рича и Эмилио, но Зевс не ослабляет своей хватки.

— Разве вы не можете что-то сделать? — умоляюще говорю я Ричу.

Рич смотрит на меня печально. Он качает головой.

— Это не в моей власти. — Он достает наручники со своего пояса.

Слезы наворачиваются на мои глаза.

Зевс обходит меня, защищая. И я замечаю, как Рич и Эмилио напрягаются.

Зевс поднимает руки вверх в знак капитуляции.

— Джиджи здесь, — говорит он прямо Ричу, и в его голосе звучит удивительное спокойствие. — Я пойду по собственной воле. Я не собираюсь устраивать сцену. Просто не хочу, чтобы моя дочь видела меня в этом. — Он кивает на наручники в руке Рича.

Рич смотрит на Эмилио, который кивает.

Рич застегивает наручники на поясе.

— Хорошо, — говорит он. — Но нам пора идти.

Зевс поворачивается ко мне и берет мое лицо в свои руки.

— Люблю тебя, и я скоро буду дома, — говорит он мне. — Скажи Джиджи... просто скажи ей, что я вернусь очень скоро.

От боли в его глазах у меня на глаза снова наворачиваются слезы. Он крепко целует меня в губы, прежде чем я успеваю разрыдаться.

Я крепко прижимаюсь к нему, не желая его отпускать. Вдыхаю его запах, словно больше никогда не увижу.

Я увижу его снова.

— Я люблю тебя, — шепчу ему в губы.

Он отстраняется от меня, оставляя меня, и выходит за дверь, проходит мимо Рича и Эмилио, которые сразу же следуют за ним, но я успеваю заметить боль в глазах Рича, прежде чем он поворачивается, чтобы уйти.

Мы с Ричем никогда не были вместе, но у него были чувства ко мне, а у меня к нему, даже если он позволил Зевсу так легко его прогнать. Но сейчас трудно заботиться о его чувствах, когда он сажает Зевса на заднее сиденье своей патрульной машины и закрывает дверь.

Мое сердце бьется в груди, как барабан.

Он вернется, Кам. Все будет хорошо.

— Мамочка, почему папа едет в машине с Уичем?

Голос Джиджи рядом со мной заставляет меня отгородиться от своих страхов и прояснить выражение лица. Я тянусь вниз и беру ее на руки. Она обхватывает меня ногами за талию, а руками - за шею.

— Папа просто помогает Ричу кое с чем.

— Папа теперь полицейский? — ее глаза загораются.

— Нет. — Я целую ее волосы. — Он просто помогает Ричу с некоторыми вопросами, вот и все. Не о чем беспокоиться.

Я смотрю, как машина отъезжает, и вижу Зевса на заднем сиденье полицейской машины. Его глаза смотрят на меня и Джиджи.

И мое сердце начинает болеть.

Закрыв входную дверь, я поворачиваюсь лицом к Джиджи, изображая яркую улыбку.

— Как насчет того, чтобы испечь печенье для папы, когда он вернется домой?