— Эй, Жорик, поди-ка сюда, — поманил он пальцем старого врага.

— Чего тебе? — непослушными губами спросил тот, на удивление безразличным голосом. Это еще больше насторожило Рэма: прежний Жорик не то что не подошел бы, а еще и ответил бы что-то настолько язвительное, что три раза пожалеешь, что задел эту пакость. — Что там происходит? — тихо спросил он.

Полянский немного помолчал, глядя в пустоту. Потом быстро заговорил:

— В нас стреляли, понимаешь? По-настоящему стреляли. Ни капитан, ни мы даже не поняли ничего сначала…

— Как это стреляли? — вытаращил глаза Ян. — Кто?

— Какой-то корабль, там же не видно ничего. Сначала это была просто точка на экране, мы решили, что это астероид на прямой линии и пальнули по нему из пушки. А потом поняли, что это корабль. Мы ему не навредили, у него хорошее силовое поле. Потом он полетел к нам. Быстро, очень быстро, — глаза Жорика были стеклянными, он никак не мог поверить, что такое возможно. — Потом там вспышка была, а у нас удар. Не прямой, а то нас бы уже в щепки разнесло. Противоастероидное поле как-то отклонило заряд, видимо. Но по касательной все равно задело. Потом еще раз. Потом капитан развернулся, они промахнулись. Потом попали по прямой в противоастероидную пушку…

— Кто это может быть? Наши? Может, вамфимцы? — пересохшими губами расспрашивал Ян.

— Да не знаю я! — заорал Полянский.

— Эй, студенты! — донеслось из командного пункта. Рэм узнал голос Аркадия Романовича. — Вам же велено принять меры безопасности!

— Пойдемте, — произнес Рэм. — Чувствую, нас еще потрясет. — Он направился в командный пункт.

— В смысле? — кинулся за ним Ян. — Думаешь, в нас снова будут стрелять? — его последние слова прозвучали достаточно громко, все в командном пункте его услышали.

— Что значит стрелять? — тут же спросила одна из девушек, симпатичная блондинка со стримками на голове, не скрывая истеричных ноток в голосе.

Ребята молча уселись в амортизационные кресла и пристегнулись.

— Да это я так, — промямлил Ян, — не обращайте внимания…

— В нас стреляет какой-то неизвестный корабль, — четко сказал еще один пилот-студент, который тоже все видел. Видимо, он решил не скрывать столь страшную правду. — Попал по касательной в основной двигатель. Капитан сказал, что будем садиться на одну из планет, поближе к Радужной. Там их много. Иначе потеряем двигатель.

Все сидели в полном шоке. Корабль натужно гудел двигателями, чувствовалось, что машина мчится на полной скорости. Входить в гиперпространство с поврежденными двигателями, к сожалению, было нельзя. А без них скорость была невелика. В течение часа «Зодиак» летел к Радужной, иногда делая резкие повороты и зигзаги. И вся команда с ужасом понимала, что по ним, скорее всего, снова стреляют. А капитан пытается увернуться. Судя по тому, что корабль больше не сотрясали удары, успешно. Но все понимали, что попадание — дело времени.

Наконец в динамиках снова раздался голос капитана:

— Уважаемые пассажиры. Просьба занять свои места и пристегнуться. Мы сделаем аварийную остановку на одной из планет звездной системы Радужной. Спасибо за понимание.

— Интересно, теперь-то они послушаются? — пробормотал Рэм. И вдруг ощутил нарастающую вибрацию. — Повреждение основного, возгорание компонентов топлива, вхождение в атмосферу, вибрация… Это уже было!

— Когда твои родители погибли? — понял Ян.

— Да, там было то же самое. Через несколько минут основной взорвется, надо его выключать! — он отстегнулся и выскочил из командного пункта.

— Эй! Стой! Ты куда? — крикнул Ян, бросаясь за другом.

— Студенты! Немедленно назад! — заорал на них Аркадий Романович. Рэм обернулся в дверях.

— Уходите отсюда, надо перебраться в жилой отсек команды. Только там можно будет выжить! — и исчез в коридоре.

Рэм и Ян бежали к кабине пилотов. Ворвались туда и услышали, как капитан, второй пилот и бортинженер орут друг на друга, используя исключительно русский матерный. Забежавших в кабину ребят они и не заметили. Потом капитан обернулся.

— Вы, …! Что тут …! Делаете!!! Вон отсюда! Мы садимся!!!

— Вы не сядете, — спешно прервал его Рэм. — У меня так родители погибли: поврежденный основной двигатель, он же взорвется, когда вы войдете в плотные слои атмосферы! От корабля ничего не останется! Надо выключать основной и сажать на маневровых.

— На маневровых три килотонны на ускорении не посадишь, разобьемся!

— Может, и нет. А так точно взорвемся!

— Так. Пошел вон отсюда! — заорал на него капитан, а второй пилот вскочил с кресла и попытался вытолкать Рэма из кабины.